В сумерках над павильоном висел запах свежесрубленного дерева, и двое босяков шли с паleta в руках, ожидая начала веселья. На афише нарисована красотка Дина Дурбина — кумир для всех дам Одессы, готовых выйти за богатого любовника. В воздухе летал смех и барская усмешка надежд, наполняя сердце беспокойством и жаждой приключений....
— Дальше…
— Дальше он сапоги чистил у безногого… Дал ему два рубля, я видел. Потом они вместе подошли к театру… Он ее там так за ручку смацал… — Пацан хихикнул в кулак, но Штехель только досадливо поморщился:
— Пистолет при нем был?
— Был, — мгновенно посерьезнел Славик. — Кобура не пустая.
— Никто за ним не шел?
— Я шел…
— «Я шел»! — передразнил Штехель, с силой втыкая шило в вишню. — Другие шли?
— А-а, — понятливо отозвался племянник. — Не, не видал никого.
— А ты не высовывался?
— Да не, я так, издаля, — на секунду замешкался пацан.
— Ну а дальше?
— Дальше они в театр не пошли. Повернули до Приморского. Постояли у пушки, у фуникулерной будки…
Штехель, рассеянно кивнув Славику, потащил полную банку вишен к плите. На большой кастрюле подпрыгивала под напором пара крышка.
— Как вам отдыхается, товарищи? — рядом со столиком Кречетова и Тони остановился величественный метрдотель, наверняка помнивший быт еще дореволюционной Одессы. Его блеклые глаза источали отработанную до автоматизма почтительность.
— Хорошо отдыхается, — кивнул Кречетов. — А чтобы отдыхалось еще лучше, принесите нам, будьте любезны, еще бутылочку шампанского. Желательно, конечно, не местного винзавода, хоть это и непатриотично… И фруктов не забудьте.
— Всенепременно, товарищ майор, — вежливо наклонил седую голову мэтр…
Провожая его глазами, Тоня усмехнулась:— Чего он так перед тобой стелется?
— Ну, я же прокуратура… Важное ведомство, С ним обычно предпочитают дружить. На всякий случай, мало ли что…
Осчастливленная клиентами официантка поставила на столик бутылку «Абрау-Дюрсо» и вазу с крупными, иссиня-черными сливами.
— Ну что, по-гусарски или чтобы людей не беспокоить?..
— По-гусарски, по-гусарски! — захлопала в ладоши Тонечка. — Мне все-таки хочется у тебя хоть раз выиграть!…
Кречетов, освобождая бутылку от серебряной фольги, притворно вздохнул:— Сколько раз я говорил тебе, что это невозможно… Ну раз ты так хочешь — пожалуйста. На что спорим на этот раз?.."
"— На пламенный поцелуй знаменитой артистки!.
— И все?.. — удивился Виталий. — Нет, только на поцелуй я, пожалуй, не согласен…
— Ну ладно, — скромно опустив глаза, согласилась Тоня. — Спорим на… на нечто большее. Хочу, чтобы эта пробка НЕ ДОЛЕТЕЛА до потолка!.. Потому что он очень-очень высокий!.. И если она не долетит, ты… ты сделаешь сегодня все, о чем попрошу я…
— А если долетит — то наоборот, — с улыбкой заключил майор, снимая с пробки проволочный намордничек.
