В сумерках над павильоном висел запах свежесрубленного дерева, и двое босяков шли с паleta в руках, ожидая начала веселья. На афише нарисована красотка Дина Дурбина — кумир для всех дам Одессы, готовых выйти за богатого любовника. В воздухе летал смех и барская усмешка надежд, наполняя сердце беспокойством и жаждой приключений....
Дверь «Татры» со стороны водителя медленно распахнулась, и истекающий кровью Платов, цепляясь рукой за крыло грузовика, тяжело сполз на подножку…
Аптекарша уже не кричала от ужаса, а только скулила на одной тоненькой ноте. Осторожно ступая по осколкам стекла, она наклонилась над молодым человеком в длинном, запачканном краской халате маляра. Седая прядь в густой темной шевелюре стала красной от крови. Красивое мужественное лицо не обезобразила смерть. В руке убитый продолжал крепко сжимать пистолет.
— Ты не на него смотри, — раздался глухой хрип за спиной аптекарши.
— Хорошо, — еле двигая губами, просипела аптекарша.
— Где заведующий?
В глубине аптеки раздался шорох, и помертвевший от ужаса заведующий — старичок лет семидесяти в пенсне, — послушно держа руки над головой, подошел к стойке.
— Говори телефон «Скорой помощи». Я сам вызову, — кашляя кровью, проговорил Чекан.
У здания комендатуры невесть откуда появившиеся солдаты молча, деловито скручивали бандитов, так и не успевших выбраться иэ кузова «Хеншеля». Отовсюду на машину щерились стволы пулеметов. Подавленные налетчики бросали на землю оружие, стараясь не смотреть на труп своего товарища, валявшийся на мостовой чуть поодаль.
Толе Живчику повезло больше — он стоял возле машины и вовремя заметил противника. И теперь, задыхаясь и проклиная тяжелые армейские сапоги, мчался по грязному проулку, загроможденному деревянными винными ящиками. За ним молча бежал один из «маляров», облаченный в длинный грязный халат. Это был тот самый светловолосый юноша, на которого обратил внимание Гоцман в ночном трамвае…
Задыхаясь, Живчик на бегу вскинул свой ППШ, оглянулся, и длинная очередь развалила огромный штабель ящиков прямо перед «маляром».
Живчик уже был на углу шумной большой улицы, когда «маляр», с силой размахнувшись, запустил в него ящиком.
