В сумерках над павильоном висел запах свежесрубленного дерева, и двое босяков шли с паleta в руках, ожидая начала веселья. На афише нарисована красотка Дина Дурбина — кумир для всех дам Одессы, готовых выйти за богатого любовника. В воздухе летал смех и барская усмешка надежд, наполняя сердце беспокойством и жаждой приключений....
И не только узнать, а и на своем примере проверить, насколько эта задача по плечу нашим разведчикам, прошедшим огонь Великой Отечественной…
На неподвижном лице Русначенко отражалось только внимание.— У вас, вероятно, может возникнуть вопрос: почему именно на вас пал наш выбор? — продолжил Чусов. — Ну что же, секрета тут никакого нет. Вы Герой Советского Союза, бесстрашный фронтовой офицер, безупречный коммунист… Кому же, как не вам, первому оправдать высокое доверие, возложенное на наших разведчиков Маршалом Победы — Георгием Константиновичем Жуковым?.
— Я готов выполнить любое задание командования, товарищ полковник.
Чусов остро взглянул на капитана:— Прекрасно. Скажите, вы знаете Одессу?
— Никак нет, товарищ полковник. Я здесь впервые…
Майор Довжик, стараясь ступать неслышно, вошел в темный двор. И тут же за ним пристроилась гибкая черная тень. Довжик обернулся, хватаясь за кобуру, но увидел направленное на него дуло пистолета.
Переведя дыхание, майор поднял руки, показывая, что они пусты.
— Нервный ты, начальник, — просипел кто-то, пряча оружие.
— Видно, уставать начал, — не стал спорить Довжик.
— Чего надо?
— Я же сказал: есть срочное дело.
— Волыну отдай, — приказал незнакомец. Довжик, не споря, расстался с оружием. Человек обхлопал его карманы и увесисто подтолкнул вглубь двора:
— Иди вперед. Там тебя встретят…
Двор, где жил Гоцман, давно спал. В мягком свете луны полуразрушенный дровяной сарай, голубятня и маленький домик дяди Ешты казались старинными романтическими руинами.
Юркая черная тень скользнула в арку двора, приседая, взбежала по лестнице на галерею и замерла у двери комнаты Гоцмана, вслушиваясь в ночь. Во тьме блеснул рубчатый металлический бок. Еле слышно звякнула чека, и тотчас же с коротким, раздирающим душу треском разлетелось разбитое окно.
А через три секунды ночную тьму разорвал вырвавшийся из окна столб пламени…
Из-под двери полз едкий, вонючий черный дым. Растерянные заспанные жильцы, делегацию которых возглавляла тетя Песя с ведром воды, толпились рядом. Внизу рычали моторами эмка, ГАЗ-67 и «Опель-Адмирал», освещая фарами большую часть двора. Чуть поодаль стоял огромный пожарный «Бюссинг».
