В комнате царит атмосфера ужаса и отчаяния. Леон Бертьен мертвец — его тело лежит в неестественной позе, голова вывернута, ноги подломлены, правая рука без кисти. Сергей с трудом переворачивает этот кошмар в уме, открыв перед ним отвратительную картину: кровавую лужу и открытую бутылку кефира....
Клещ повел их в стрелковый тир, по плану занятий на этот день значилась отработка скоростной стрельбы по множественным целям, атакующим с разных направлений. На стенах и потолке тира вспыхивали красные пятна, то в одном месте, то в другом, требовалось поражать «нападающих» в максимально возможном темпе. Имитатор гепла не выпускал огненных «пуль», из ствола тянулся тонкий лазерный луч, который улавливали чувствительные фотоэлементы, установленные возле целей. Они подсчитывали удачные выстрелы, накапливая статистику каждого бойца.
Это было любимое упражнение Дэла, который очень ловко «мочил» от бедра, посоревноваться с ним мог только Пальцун. Но сегодня и они стреляли, как «недотраханные барышни», потому что гибель Хмурого шокировала всех."
"Сергей попытался сосредоточиться на упражнении, поднял оружие, готовясь к новой массированной атаке. А в голове вдруг промелькнуло: «Нас осталось семнадцать. Значит, умрут еще двое… И это воспринимается офицерами базы как нечто само собой разумеющееся.
…Шел второй месяц обучения. Бронекожа стала привычной «скорлупой», и теперь ни один из бойцов «Метлы-117» не испытывал дискомфорта, чувствуя вес защитного костюма на плечах. Это перестало удивлять Сергея. «Наверное, – думал он, – так же таскает свой панцирь черепаха и ничуть не комплексует от того, что другие звери бегают без оного… Как говорится, у каждого свой способ выжить в этом мире…»
Конечно, сильно мешало то, что в «броне» не удавалось почесать зудящие места, а опыт показывал: собственная кожа начинала гореть как раз там, куда сквозь защитные пластины наружной оболочки не дотянешься.
Теперь «Метла-117» отрабатывала действия не только на жарких песчаных полигонах, площадки под базу зонд-команды приходилось возводить и в «холодильнике», и даже в саванне в период дождей. Хотя тут, как думалось Сергею, работники полигона временами перегибали палку.
