Автор
Я сама себе хозяйка, как обычно начинаем наши встречи — с Светкиных рассказов о детях со странностями, семье, родственниках со штуковиными способностями. Сегодняшняя встреча не стала исключением, но я уже знала: лучше подругу не перебивать и дать высказаться.
— Зато колокол стал платой за наше понимание.
— Эвиль обязательно придумает что-нибудь еще. У него светлый ум. Однако хватка у герцога, да, крепкая.
— Но теперь мы с Эвилем вместе. И мой отец тоже.
— А всего-то надо было уехать от родителей, — подытожила я.
— Верно. Но я рада, что все так случилось. И благодарна вам, Корфина, за помощь. Без вас герцог бы оставил нас в гостинице Миридра.
— Он не такой бесчувственный, каким кажется… — уличный гам пронзил бой городских часов, и я схватилась за сердце.
— Ой! — за спором время пролетело быстро.
— Он не бесчувственный, — Норрит толкнула меня локтем, улыбнулась и велела кучеру быстрее мчаться к Веспверкам.
Глава 36
— Его Светлость не в духе, — предупредила горничная, помогая снимать верхнюю одежду.
— Спасибо, Вильга.
Я поспешила в комнату, чтобы привести себя в надлежащий вид, но не успела.
— Его светлость просит вас пройти в кабинет. Сейчас же, — сообщил Верен, перехватив на полпути.
Герцог и в самом деле пребывал не в духе. У мусорной корзины валялись скомканные листы, на столе кавардак, что для него, педанта, — за гранью."
"Едва я села, он поднял голову, и я увидела на его переносице горизонтальные морщинки. Кажется, Веспверк в ярости и даже не скрывает этого.
— Куда вы все время отлучаетесь, стоит мне покинуть особняк?
— Хожу по издательствам, хочу опубликовать книгу, — он оглядел мое нарядное платье, недоверчиво ухмыльнулся, и я добавила на всякий случай: — Иногда встречаюсь со знакомыми.
Освальд не сводил глаз, испытывая меня на прочность. И я под его тяжелым, раздраженным взглядом ощущала себя маленькой мышкой.
— Вейре поведал о неком бесцеремонном типе, нагло преградившем вам дорогу и вручившем визитку.
— Я порвала ее.
— Зачем вы ее вообще взяли? Никто не смеет баронессе вот так фамильярно, как простой девке, вручать что-либо. Тем более личное послание! — Освальд в гневе махнул рукой — и из новомодной ручки вытекли чернила, заляпав бумаги на столе.
Он шумно выдохнул, попытался платком стереть с пальцев пятна, но лишь сильнее испачкался. Удивленно поглядывая на руки, как у школяра-двоечника, он был таким смешным, что я не удержалась и улыбнулась.
Освальд сердито попрекнул:
— Вам смешно?!
— Простите, но на вас сейчас без улыбки не взглянешь, — ответила мягко, не желая доводить разговор до ругани.
