Автор
Я шагала по улице под завываниями ветра и каплями дождя, каждый удар кувыркался на мокром асфальте, создавая таинственные звуки. Затем я внезапно остановилась, сознание моего мира пошатнулось — отцовский вопль в душе и памяти все еще боролся за контроль. Кругом царила мрачная атмосфера, но внутри меня всё равно горело пламя жизни, которое я должна была сохранить, несмотря ни на что....
Я еще некоторое время наблюдала за ним из-под прикрытых век, но вскоре, успокоенная его пальцами, нежно перебирающими мою шерсть, задремала.
Проснулась я, когда он остановился на заправке.
— Тише, киса, — сказал он, когда я вскинулась. — Я выйду на минутку, а ты посиди тихонько.
Вернулся он быстро, и мы поехали дальше.
— Вот какой же урод моральный посмел такую, как ты, красоту в клетке-то держать, киса? — спросил он. — Здорово, что тебе удалось от него сбежать. Кстати, я весь интернет перерыл и так и не смог определить, какого ты вида.
Я зевнула, игнорируя его вопросы. Что тут скажешь? Барсами, или там Рысями, Тиграми Дома перевертышей называли себя просто для большего пафоса. На самом деле внешне наши звери не всегда соответствовали тотемному животному. Да, все мы были хищными кошками, но каждый имел свои индивидуальные отличия, такие же, как разные черты лица у людей.
— Не столь важно, новый ты вид или старый, я все равно позабочусь о тебе. Кстати, ты есть-то хочешь? У меня есть мясо сырое для тебя. Там, на заднем сидении. Говядина. Я читал, что крупным кошкам свинина не очень полезна.
Он что, думает, что я стану есть сырое мясо животного, убитого неизвестно кем, и не понятно где и когда? Меня передернуло.
Конечно, если говорить о такой, как я, то мне в жизни не случилось даже козявку убить или там птичку.
— Что? — удивился он. — Что-то не так? Ты не любишь говядину? Ладно. Ты только потерпи, и я потихоньку выясню, что тебе нужно. Ты только не сбегай. Мы с тобой и так уже два беглеца, хоть и бежим от разного, киса.
