Автор
Я шагала по улице под завываниями ветра и каплями дождя, каждый удар кувыркался на мокром асфальте, создавая таинственные звуки. Затем я внезапно остановилась, сознание моего мира пошатнулось — отцовский вопль в душе и памяти все еще боролся за контроль. Кругом царила мрачная атмосфера, но внутри меня всё равно горело пламя жизни, которое я должна была сохранить, несмотря ни на что....
Но, видимо, усталость и сытый желудок сыграли со мной дурную шутку, и я погрузилась в глубокий сон.
Большие ладони скользят по моей спине от ягодиц до затылка, и за ними следует горячий рот. Выцеловывая, царапая, облизывая. Я выгибаюсь, с наслаждением впитывая эту его ласку. Я готова принять любую его ласку, подчиниться каждой фантазии всецело и без вопросов и сомнений.
— Чего ты хочешь, моя сладкая принцесса? — порочный шепот Рима звучит у самого моего уха, и я ощущаю, как его тяжелое тело опускается на меня, вжимая в постель.
Господи, как же я люблю эту обездвиживающую тяжесть, властность и уверенность прикосновений, этот голос, произносящий такие бесстыдные слова, от которых у меня мутится в голове.
Откуда он всегда знает, как нужно ко мне прикасаться и что говорить, чтобы я истекала и просто растворялась в своем желании, в нём.
Губы ласкают мой затылок и шею, а его пульсирующий член вольготно располагается в ложбинке между моих ягодиц. Я знаю, что его вершина уже тоже сочится влагой, и Рим мучительно медленно двигает бедрами, размазывая её по моей коже и создавая это восхитительное трение.
Его пальцы опять заставляют меня совершать восхождение, подталкивая шаг за шагом к такому ослепительному финалу.
Я молю его, мои стоны наслаждения перерастают в рыдания, но он по-прежнему неумолим.
Я бьюсь под его телом, но не могу победить его и вырваться, чтобы остановить эту пытку. Я уже не молю о наслаждении, а только о пощаде.
Но тело Рима становится словно каменным, сжимая меня и душа, и я не могу освободиться, чтобы сделать хотя бы следующий вдох.
— Ты моя! — рычит Римман в моё ухо. — Я найду тебя даже на том свете, Ники.
