Наступила середина осени, и Лилия на ветру выглядела как маленький городок в старом романе. Она была живой шахматной доской с ее улочками, тихими переулочками и заброшенными домиками. Мало кто мог уловить, что под этим мирным видимым покровом скрывается тайное вихревое движение сердец и мыслей....
Когда Родион поднял тонкую вуаль, прикрывавшую часть лица девушки, решительно, подавляя нетерпение, обвил рукой затянутую корсетом талию девушки и поцеловал. Прижал к себе и властно накрыл губы Лии своими губами. Она негромко пискнула от неожиданности.
Знала, что так будет. И всё же не удержалась.
Родиона было слишком много. Она не могла объяснить почему, она так чувствовала.
Поцелуй длился недолго, и Лия мысленно поблагодарила Родиона за тактичность.
Зато руку с талии он переместил к её ладони и соединил их пальцы.
Присвоил Лию себе, давая понять, что отходить от него не следует.
Что не отпустит…
Скорее именно последнее. Лия прислушивалась к себе. Штормовые эмоции, иначе не скажешь. И адреналин. Шумит, шумит во всем теле.
С разных сторон посыпались поздравления и напутствия. Лия улыбалась, что-то отвечала.
А сама лишь чувствовала руку Родиона. Он держал её ладонь. Крепко. При этом умудрялся поглаживать тыльную сторону.
Лишь когда мужчина усадил Лию в свою машину, сам сел рядом, он повернулся к ней лицом и требовательно спросил:
— Ты как?
— Не знаю, — честно ответила девушка, не решаясь отвернуться.
Да и не хотелось этого делать.
Отвернулась бы, замкнулась — выказала неуважение. Оно ей надо?
— Всё ещё боишься меня? — с хрипотцой, от которой у Лии прострельнуло в позвоночнике сотнями мелких игл, продолжил допрос Родион.
В автомобиле они были одни, не считая водителя. На что Лия не сразу обратила внимание, так это на перегородку, которая отделила их от него.
Зачем?
— Не боюсь, — отозвалась Лия, царапая короткими ноготками, покрытыми нежно-розовым лаком, кожаную обивку заднего дивана.
В её голосе слышалась бравада. Лия для убедительности даже подбородок кверху вздернула, а у самой внизу живота все мышцы напряглись, и грудь снова тяжелой стала.
Это всё корсет. Точно.
Родион не спешил. Пусть машина и тронулась, он явно контролировал ситуацию. От дворца бракосочетаний до выбранного ресторана езды без пробок минут сорок.
С одной стороны, не так и много для большого города, с другой — целая вечность.
За сорок минут можно переделать множества дел. Провести урок в школе, позаниматься фитнесом. Разукрасить небольшую картину и посмотреть половину фильма. Оладушки напечь и в комнате прибраться.
За сорок минут можно столько раз нацеловаться, что губы опухнут…
Кажется, последняя мысль не только ей одной в голову пришла.
