В мрачном доме Лиловый оттенок льется через каждое пространство — тусклые светильники, мрачные полированные столики и обитая темной кожей стулья. Здесь царят противостояние и злость: мужчина с видом злого террориста врывается в прихожую, его подруга отвечает твердым бурчом без улыбки. Это мир изгнанников и неприятия, где даже простое приветствие может обернуться столкновением....
А потом впереди показался забор коттеджного поселка и огромная, вспыхивающая то красными, то зелеными, то синими огоньками елка.
Шлагбаум взлетел вверх еще до того, как Седов успел притормозить.
«Андрей передал номер моей машины? Ага, Инга, наверное, подсказала. А я уже было решил, что здесь плохая охрана. Что же там все-таки произошло?» – рассуждал Седов, посматривая по сторонам.
Дом Андрея Захарова он узнал сразу же. Вообще-то возле него росла приметная береза, с раздваивавшимся стволом, образующим чашу. Но Седов сначала обратил внимание на тихий, словно нахохлившийся особняк, очень уж отличавшийся от расположенных по соседству.
Ворота отъехали в сторону, Володя кое-как припарковался среди множества автомобилей.
На крыльце показалась высокая массивная фигура хозяина дома.
«Инга в принципе за сто семьдесят. Но Захаров – под два метра, и моя девочка кажется совсем Дюймовочкой, – пронеслось в голове. – Бедная, наверное, перепугалась. Только бы это был несчастный случай. Перепил, оступился. Жизнь человеческая хрупка, неудачное стечение обстоятельств – и вот все. Лишь бы не убийство…»
– Володя, хорошо, что ты приехал, – тихо сказала Инга. – Спасибо. Мне очень тяжело теперь. Кажется, кошмарный сон.
Ее лицо выглядело сияющим и потухшим одновременно. Она была накрашена ярче, чем обычно: серебристые тени на веках, нежный румянец, вишневая помада. Но глаза – непривычно серьезные, покрасневшие, сухие.
– Че стоим? – Андрей, выскочивший из дома в легком светлом джемпере, поежился. – Баня там, идемте. В ней никого, кроме меня и Инги, не было.
– А врач?
– И врач, естественно, я ж за базар отвечаю. А потом гости, как узнали, тоже захотели ломануться и посмотреть, что случилось.
В окне, за шевельнувшимися шторами, белели лица, много лиц.
– Я ж говорил, модели, – проследив за направлением взгляда следователя, прокомментировал Захаров. – Они уже были здесь, когда это случилось. Я им сказал, чтобы сидели дома и по участку не шастали. Все запомнил, все сделал.
