После катастрофы на Пандоре потомки землян борются за выживание среди одичавших существ. Егору Бестужеву и его репликанту Грею предстоит прорваться сквозь загадочные темпоралы, чтобы найти выход. Напряженная атмосфера коварной ночи скрывает множество опасностей.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Линия жизни» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
После катастрофы на Пандоре потомки землян борются за выживание среди одичавших существ. Егору Бестужеву и его репликанту Грею предстоит прорваться сквозь загадочные темпоралы, чтобы найти выход. Напряженная атмосфера коварной ночи скрывает множество опасностей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После катастрофы на Пандоре потомки землян борются за выживание среди одичавших существ. Егору Бестужеву и его репликанту Грею предстоит прорваться сквозь загадочные темпоралы, чтобы найти выход. Напряженная атмосфера коварной ночи скрывает множество опасностей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ничего не произошло. Никаких новых ощущений. Егор чувствовал легкий ветерок, овевающий лицо, вдыхал запахи, слышал звуки.
Нет. Ничего у нас не выйдет. Он представил, как сейчас откроет глаза, увидит ослепительный свет застывшего в зените солнца и…
…Свет резанул по глазам.
Кокон открылся с хлюпающим звуком, и Дениса Рогозина вывалило на пол, к куче мерзкой трепещущей плоти.
Вонь жуткая, но привыкаешь быстро. На борту хондийских крейсеров воняет всегда и везде. Нет отсека, где можно просто дышать, чтоб не подкатывало к горлу.
Однако валяться на полу не дают. По телу щекочуще сочится слизь. Ознобом колотит, как после наркоза.
Над Денисом склонился хонди. Весь в хитине, словно в броне. Цвет ороговевших покровов болотно-зеленый с крапинками. По их количеству и расположению Денис узнал Фаша. Так хонди называют старшую разумную особь палубы.
– Хомо. – Его скрипучий голос резанул слух, миндалевидные фасетчатые глаза приблизились, а скрежет жвал вдруг стал осязаемым. Фаш коснулся Дениса тонкими усиками: – Хомо, вставай! Фаттах ждет! Торопись!
Антон Яров сидит на полу и с откровенной ненавистью смотрит вокруг, брезгливо стряхивая прилипшие к телу ошметки слизи. На его шее и груди четко выделяются покрасневшие воспаленные пятна – места, куда присасываются системы жизнеобеспечения кокона. Он беззвучно шевелит губами, хотя мог бы выругаться в голос, да хоть заорать – хонди нашего языка не понимают.
Денис с усилием встал, цепляясь руками за бугристые выступы на стене. Первый шаг дался с трудом. Мышцы покалывало. Холод внутри лютый. Кожа зудит, но о том, чтобы вымыться, можно только мечтать. Для людей и так созданы особые условия. Относительно чистый отсек прямо по коридору. Что-то похожее на сухие шершавые полотенца. Удобная одежда, выращенная по мерке.
Людей берегут. Пробуждают только в крайних случаях. Лечат в коконах после полученных в боях ранений, но из пятнадцати человек нас осталось лишь двое.
Он протянул руку, помог встать Антону, ободряюще ткнул его кулаком в плечо. Все нормально.
Да ничего не нормально. Глаза у Антона бешеные. Денис перехватил его руку, удержал, взглядом попросил – не надо.
Яров ответил кивком, сглотнул и, пошатываясь, побрел в отсек – экипироваться.
Сегодня пробуждение полно сюрпризов. На взлетной палубе царит суета. Крейсер готовится к бою, повсюду движение, даже стены ангаров перекатываются мышцами. Острые запахи заставляют хондийских рабочих (они же – техники) носиться как угорелых. От фаттахов отключают стационарное питание, длинные жилы сматывают в бухты, пакуют их в коконы.
Машины нервничают. Бионические конструкции, конечно, не обладают разумом, их уровень развития примерно как у домашних животных.
