Юрий Черкасов переносится в прошлое и оказывается в теле лейтенанта Красной Армии во время «зимней войны» с Финляндией. Герой пытается изменить ход истории, сталкиваясь с суровыми реалиями войны и жестокостью окружения. Перед ним стоит задача повлиять на судьбу страны в условиях военного времени.
Раздел Chitat.online для книги «Лёд и пламя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Юрий Черкасов переносится в прошлое и оказывается в теле лейтенанта Красной Армии во время «зимней войны» с Финляндией. Герой пытается изменить ход истории, сталкиваясь с суровыми реалиями войны и жестокостью окружения. Перед ним стоит задача повлиять на судьбу страны в условиях военного времени.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Юрий Черкасов переносится в прошлое и оказывается в теле лейтенанта Красной Армии во время «зимней войны» с Финляндией. Герой пытается изменить ход истории, сталкиваясь с суровыми реалиями войны и жестокостью окружения. Перед ним стоит задача повлиять на судьбу страны в условиях военного времени.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Лёд и пламя» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Если исключить трёх человек, направляемых в прорыв, держать оборону в доте оставалось восемнадцать бойцов. Зато, каких бойцов! Как сказал один пролетарский поэт – гвозди бы делать из этих людей.
Чтобы как-то успокоиться и снять напряжение этого дня, я лично сходил в генеральский кабинет и принёс оттуда две бутылки шотландского виски двадцатиоднолетней выдержки. Как раз возраста большинства моих ребят. Заглянул я и к продолжавшему лежать без сознания Петрову. Несмотря на то, что это британское пойло здорово напоминало по вкусу самогон, оно хорошо прогрело и успокоило моих бойцов. Пили из горлышка, каждому досталось грамм по пятьдесят.
После этого, оставив наблюдателя и расчёт одной из пушек, чтобы они продолжали пробивать коридор для прохода нашей группы – остальных я отправил отдыхать. В расчёт орудия входило семь человек, включая и двух красноармейцев, которые занимались подачей снарядов из нижнего яруса. Сам пошёл проводить последний инструктаж отправляемой на прорыв группы. После обстоятельного разговора, вместе с ребятами перекусил остатками обеда. После этого, Курочкин и его бойцы начали собираться. Привели и заставили переодеться и Томаса Кленси.
В 23–00 наша группа отправилась в путь. Провожать ребят пошёл я и, на всякий случай, Шерхан. Моя цель была двояка – первое, это, конечно же, проводить моих братьев по оружию, а вторая – разведать траншею, в которую упирался наш подземный ход. Меня продолжала мучить мысль о нейтрализации дота № 46. Орудия этого дота приняли на себя нагрузку, которую должна была нести захваченная нами цитадель. Из 46 дота стреляли непрерывно – на износ артиллерийских стволов. Скорее всего, из-за этого огня и не может к нам прорваться на помощь наша армия. Требовалось любой ценой прекратить этот обстрел.
Конечно, второй раз авантюра с захватом дота не пройдёт. Но провести диверсию, чтобы повредить пушки – почему бы и нет? Например, закидать амбразуру гранатами и, по-быстрому, пользуясь начавшейся неразберихой, улизнуть обратно в свой дот. Вот для того, чтобы проверить возможность незаметного подхода к 46 доту, я и хотел выйти из подземного хода. Насчёт минного поля, окружающего 46 дот, думать как-то не хотелось. Тем более я надеялся, что наш, совершенно бесполезный обстрел «Бофорсом» этого дота, мог, тем не менее, хоть немного проредить окружающее его минное поле. По крайней мере, когда с этого дота обстреливали нас из такого же «Бофорса», то несколько мин из нашего минного поля сдетонировали.
Первым из землянки, в которую врезался подземный ход, вышел я, как знающий финский язык и способный заболтать внезапно встреченного финна. Никого около этой землянки не было, и, вообще, вблизи не слышно было никаких подозрительных звуков.
