Автор
В звуках раскатывающегося поезда исчезает лишь липовый мед, таящий в теплом свете их комнаты. Молодожены уютно устроились за столиком, а румянец на их юных лицах отражается в стаканах с крепким алкогольным напитком. Это последний вечер перед его отъездом — и уже не просто отъездом, а началом нового мира....
— Просто сегодня веду Алису в ресторан, надеюсь, она меня не прокатит.
— Ты вторую неделю вокруг неё круги нарезаешь, уверен, что оно того стоит?
— Уверен. — О том, что когда-то они с Алисой были знакомы, Костя не стал посвящать даже лучшего друга. Зачем? Если у них ничего не получится, то это будет не важно… Сердце вдруг замерло, гулко ухнуло и полетело вниз. Он что, рассчитывает на то, что Алиса захочет отношений? Жаров, в какую петлю ты засовываешь свою голову?"
"— Знаешь, если она разобьёт твоё нежное сердечко, я не буду его собирать, — с напускной серьёзностью заявил Игнат.
— Ты сегодня в ударе, — отсмеявшись, заметил он.
— Я просто считаю, что даже самым заядлым бабникам иногда приходит срок остепениться, — проговорил Игнат, на этот раз думая о себе и Тане.
— Что я слышу! — покачал головой Костя. — Кажется, ты не обо мне беспокоишься, а о себе!
— Пока нет, мой друг, пока нет. Но когда-нибудь всё изменится, и я хотел бы, чтобы ты к тому времени уже был женат и рассказал, стоит ли оно того.
— Не надейся. — Костя посмотрел на часы и поднялся. — Мне надо переодеться и встречаться с Алисой, так что прости, но тебе пора.
— Почему в моём кабинете шкаф вмещает только три костюма и такой хилый напор воды в душе? — тут же обиженно заговорил Игнат. — Я тебе сколько раз говорил, что мне надо кабинет побольше?
— То есть, мой? — насмешливо спросил Костя. — Как уйду на покой, передам тебе бизнес, и будет тебе душ больше и шкаф с хорошим напором.
— И когда это будет?
— Никогда!
Давно он так не переживал перед свиданием. Да даже встречи с женщинами не называл свиданиями уже… Он и не помнил, сколько лет. Но сейчас, стоя под душем, прокручивал в голове будущую встречу, полностью отдавшись на волю сладкому волнению и предвкушению, представляя, как в конце вечера она позволит себя поцеловать. Желание коснуться её отдавалось почти физической болью, разливаясь в паху. Раздражённо вздохнув, Костя повернул кран, меняя температуру воды.
