Меня вдруг посетила совершенно несвоевременная мысль — я поняла, почему у девицы два имени. Женя — это Евгения, а Евгения на английский манер (да и, видимо, на корейский тоже) — это Юджин. Так что у сестры Алекса имя все же было одно, просто называли ее по-разному.
Мария что-то быстро сказала на корейском. Юджин с грохотом отодвинула стул и выбежала из-за стола, бросилась на второй этаж.
— Извините. — Хозяйка дома легко поклонилась и направилась вслед за дочерью.
— И так почти каждую неделю, — вздохнул Алекс. На концерт, устроенный сестрой, он никак не отреагировал, подросток все также продолжал медленно есть кашу.
— Твоей сестре тяжело, — сказал Ли Су Хен так, словно пытался оправдать девушку.
— Всем тяжело. — Губы Алекса дернулись в слабом подобии улыбки. — Пожалуй, я вас тоже покину. Аппетит пропал.
На языке вертелись десятки вопросов, но я понимала, что не имею права их задавать. Эта семья приютила меня, ничего не спрашивая, ничего не прося взамен…
Подросток ушел, за столом мы с Лисом остались вдвоем.
— А как же я? Что делать мне? — спросила я.
— Ты пока останешься здесь. Мария не против, да и лишние руки по хозяйству ей пригодятся, сама видишь, от детей никакого толка.
Я кивнула.
— Значит, два дня?
— Два… Может, три, — неуверенно сказал парень.
Ли Су Хен отправился готовить машину к поездке, а я принялась убирать со стола.
Пока мыла посуду, то и дело поглядывала в окно. Наблюдала, как парень протирал лобовое стекло, что-то проверял под капотом. Когда низко, словно грозный зверь, зарычал двигатель автомобиля, не удержалась и выбежала из дома. Как была, в шлепанцах на босу ногу, лишь по дороге схватила с вешалки чью-то шерстяную кофту.
Парень уже сидел в водительском кресле. Увидев меня, он опустил боковое стекло и выглянул в окно.
— Что случилось?
— Су Хен… — Смутившись, я запахнула на груди растянутую кофту и обняла себя руками. — Ты возвращайся, ладно? И… будь осторожен.
— Хорошо, нуна. — Азиат криво усмехнулся, а затем добавил: — Хорошо, Алиса. Иди в дом, а то простынешь.
Автомобиль уехал, а я так и стояла на разбитой сельской дороге.
— Су Хен… — негромко сказала я, потом еще несколько раз повторила: — Су Хен… Су Хен… — будто хотела попробовать имя на вкус.
Вспомнилось, что совсем недавно, когда Кэт захотела назвать парня по имени, тот ее жестко отбрил. Сказал, что у них не настолько близкие отношения, чтобы девушка обращалась к нему столь фамильярно.
Так, значит, я теперь с корейцем в близких отношениях?..
Кто для меня Ли Су Хен? Не возлюбленный, не друг, даже не приятель. Просто случайный знакомец, вернее, даже незнакомец — о парне я, как и прежде, ничего не знала. Но почему, когда произношу его имя, мне становится так тепло, уютно и защищено?..