В свете фонаря летящий кленовый лист напоминал Ли Су Хену пословицу о скорби. Корейский полуостров в осеннем золоте и багряной краске пленял сердца жителей не так, как весну. Но парень предпочитал грустную осень своей жизни — он замыкался в себе на несколько недель. Ли Су Хен убегал из дома к прекрасному природе, где каждая листопада была открытием нового мира....
Похоже, «Лиса для Алисы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Последние слова Аделаиды больно кольнули, временами я не понимала сестру матери. Наверное, если бы я все рассказала, она бы отреагировала на просьбу иначе… но Герман просил никому о случившемся не говорить. Обещание я намеревалась сдержать.
Притащив пару сумок, подруга убежала, я вновь осталась одна.
Так и не сумев сосредоточиться ни на одной из книг, чтобы хоть как-то отвлечься от пагубных мыслей, я решила заняться домашними делами. За выходные перестирала и перегладила кучу одежды, перемыла всю квартиру, наготовила столько еды, что одной мне ее и за неделю не съесть.
* * *В понедельник на работу собиралась как на битву. Плотная куртка, удобная обувь, старые линялые джинсы – увы, новые знакомства с асфальтом не пережили, их, в отличие от куртки, реанимировать не удалось. В карман засунула перцовый баллончик, который пару лет назад в шутку презентовала мне Кэт.
Я изучила в окна окрестности, благо, что выходили три окна на разные стороны.
Спустившись в метро, немного успокоилась. В такой толчее мне никто ничего сделать не мог, кругом куча камер и полно полицейских.
Из подземки до библиотеки вновь бежала. Неудивительно, что в итоге на работу не только не опоздала, но и пришла одной из первых.
Германа дожидалась у пропускного пункта.
– Алиса Степановна, доброе утро! Вы-то мне и нужны! – громко поприветствовал меня Герман Кох. – Пройдемте в мой кабинет. Кажется, я нашел решение вашей проблемы.
На меня обратились взоры всех находившихся в холле людей.
– Здравствуйте, Герман Карлович.
Когда поднималась следом за Кохом по лестнице, шла по коридорам и залам, слышала шепотки у себя за спиной. Лишь после того, как тяжелая дверь кабинета захлопнулась за мной, облегченно выдохнула. К такому вниманию к своей персоне я не привыкла.
Кабинет заведующего был под стать хозяину. Дорогая, явно старинная мебель и светильники, даже пресс-папье и то, вероятно, позапрошлого века. Кругом царил идеальный порядок.
