Автор
Розовые лучи солнца медленно исчезают за перевалом, и над долиной нависает мрачная тень. Долина, казалось, скрылась в капюшоне ночи — чёрный бархат, усеянный алмазами звёзд. Село стоит перед ними как на ладони: двадцать-тридцать домов — крохотные лачуги из дикого камня, покрытые ржавой пылью и скрюченными деревянными стульями....
Похоже, «Лишнее Золото-2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Разве я и Поль похожи на бузотёров и забияк?
— Не знаю, — Анастасия окинула нас оценивающим взглядом и усмехнулась, — посмотрим. И где этот старый развратник Чамберс?
— Там, — одновременно сказали Эндрю и Шайя, показывая в разные стороны. Я решил ничего не показывать, чтобы выглядеть немного поумнее, чем эти два, хлопающих глазами, идиота.
— Спасибо, — она улыбнулась, — очень информативно.
Анастасия Фёдорова, — я мысленно пролистал досье. — Тридцать девять лет. Вдова. Детей нет. Геолог с большим опытом полевой работы.
Выглядела, надо заметить, Анастасия прекрасно. Высокая, с хорошей фигурой. Красивая линия бёдер. Шатенка, с коротко подстриженными волосами. Карие глаза смотрели на собеседника внимательно, но с небольшой иронией. Движения сильные и плавные, как у пантеры.
Спустя несколько минут, примчался Чамберс и похитил мадам Фёдорову. Он шёл навстречу, широко раскинув руки и светился такой улыбкой, будто ему премию выдали. Представил новую коллегу, и разогнал по местам — работать. По специальности, конечно.
Весь день мы пахали, как проклятые. Карим тихо матерился, косясь в сторону соседнего с нашим вагончика.
— Оставь, Карим! Это безнадёжно! — Эндрю устало опустил ящик на пол и вытер лицо шейным платком. — Она не женщина, а кремень! Побереги свой пыл для других!
— Это почему?
— Ты знаешь не хуже меня, — я вытащил из кармана сигареты и уселся на пороге ангара.
— Однажды, — Пратт крякнул и опустился на землю рядом со мной, — в одном из баров Порто-Франко, когда она с подругами праздновала чей-то день рождения, к ней прицепились два пьяных мужика.
— Зажал в угол?
— Нет. Хлопнул по заднице и сказал какую-то вульгарную пошлость. Причём сделал это неприлично грубо.
— Неприлично сказал или неприлично хлопнул? — попытался уточнить Шайя.
— А тебе не всё равно? — спросил я. — И что? Она его пристрелила?
— Врезала по яйцам. Два раза. С толком, чувством и расстановкой.
