Единственное окно, расположенное где-то на уровне живота, пропускало мало света, и в комнате стояли вечные сумерки. Грязное стекло было разбито, а треугольную дыру прикрывал кусок фанеры. Наши рюкзаки стояли в сухом углу. Там же расположился и Поль. Он подстелил куртку и неторопливо чистил оружие.
– Погода дрянь, – заметил я и вытащил из рюкзака упаковку с русским сухим пайком. По сравнению с пайком Ордена, демидовские были похожи на человеческую еду, а не собачьи консервы из субпродуктов. Как шутил один парень из орденского конвоя: «орденские пайки – корм для волкодавов». В русском пайке были рисовая каша с мясом, орехи, черный шоколад, галеты и вполне приличная тушенка из говядины. Пайки мы купили в Новой Одессе у торговца, который ходил по гостиницам и предлагал разную мелочь «для путешественников». В тележке, которую он таскал за собой, был целый ящик таких. Популярный товар. Бьюсь об заклад, что эта партия была предназначена для Русской армии, но, увы, не дошла по назначению. Да, здесь тоже воруют.
– Хорошая погода, – лениво отозвался Нардин.
Пока он чистил оружие, я перекусил и заглянул в соседнюю комнату, где отдыхал Джебраил. Он сидел на толстой кошме и спокойно читал Коран. Не просто читал, а вдумчиво и серьезно изучал, делая пометки карандашом. Книга была карманного формата и отпечатана на дешевой бумаге. Их делают в небольшой типографии, в восточном квартале Джохар-Юрта. Увидев эту мирную картину, я не удержался и хмыкнул.
– Зря хмыкаешь, – заметил Джебраил и отложил книгу в сторону. – Сравнительный анализ – вещь очень интересная.
– Говори, – кивнул он.
– Ты обещал информацию по исламистам в Виго.
– Вы ведь общались с Насиром, и он все рассказал… – Джебраил непроизвольно дернул щекой, но я успел заметить. Заметить и сделать выводы.
– Знаю. Насир вам не соврал. Вы с ним так поработали, что он еле живой.
– Мне плевать на Насира. Жаль, что он еще не сдох.
– Нет, – я покачал головой.
– Отпусти его, – попросил Джебраил. – Кто знает… Мир тесен. Вдруг еще пригодится?
– Хорошо. Если вернемся, то я попрошу ребят Демидова. Пусть выпустят эту тварь на свободу. Выбросят где-нибудь в саванне и забудут. Если выберется – так и быть, пусть живет. Так, значит, он не врал?
– Нет. Все, что он тебе рассказал, – правда. На исламистов работал ваш «падре» Салман и этот парень… Как его… имя забыл. Скупщик краденого.
– Да, Ринго. Что предпримешь?
– Пристрелю собаку. Незачем такой твари жить. Он стольких людей продал, что даже у меня волосы встают дыбом.
– Киднеппинг всегда был хорошим бизнесом. И в этом и в Старом мире. Дело твое, но я бы не торопился. Этого мальчика можно использовать в своих интересах.
– Извини, Джебраил. Это ты любишь играть в такие игры.