В академии, казалось бы идеальном месте для обучения, появляется девушка, которая не знает, что её считают невестой старшего брата. Казнь отчисления звучит так безжалостно, словно это оправдание за мраком и непониманием. Но она здесь, таинственная, и надеется на возвращение его любви, не realizing что всё уже изменилось.
Мне вдруг не нравится, что в меню какой-то странного вида ягодный сок. Слишком густой! Я долго его нюхаю, оставшись одна — а потом вспоминаю, что видела, как алхимик “проявлял” магию в пустом флаконе. По сути, он просто касался её той же дикой энергией…
Пробую сделать так же. И сок… ну конечно же фонит!
Зараза!
Выплёскиваю его в траву за окно. Когда в следующий раз меня выводят в туалет — пью из-под крана, решив, что потенциальное расстройство желудка лучше, чем дядюшкины зелья.
Дальше — снова хожу по комнате и пытаюсь воззвать теперь к драконьей магии.
Десять подходов чтобы вырастить чешуйки.
Двадцать — чтобы заново научиться их убирать. В какой-то момент, под вечер мне даже удаётся выпустить крылья! Именно тогда, одраконившись, я в очередной раз пытаюсь разбудить связь.
Отчаянно и зло.
Но вот с ней всё хуже. Намного. Сколько бы я ни билась — ощущение, будто пытаюсь двинуть отрубленной рукой…
От этого, если честно, просто страшно.
Накатывает усталость и тоска. Сомнения, которые я душила весь день, поднимают головы.
А если дело не в зелье?! Что если Зариан всё же пострадал? Он же такой сильный всегда! Такой…”у меня совершенно нет проблем”! Но я видела кровь — сколько в него воткнули этих игл? Мне-то одной хватило. А потом? Что с ним делали, а?
Что если ему по-настоящему плохо?
Или он сидит где-нибудь в магических кандалах? Да чёрт, чёрт!..
И вот в таком настроении я падаю на кровать — и сижу, сижу, когда…
Когда над головой кто-то стучит по металлу.
Подскакиваю. Окно — прямо над кроватью, так что я встаю на ней. И сталкиваюсь нос к носу…
Передо — или, вернее, чуть надо мной сидит незнакомый мужчина. Пару секунд мы расширенными глазами смотрим друг на друга. Потом он манит рукой кого-то ещё.
Отступает.
А в следующий миг сердце заходится. Пальцы вцепляются в пруться до озверения — потому что Зариан падает на корточки перед решёткой.
— Лера! Лер…
Я просто стою. Дыхание сбивается. Руки прирастают к металлу. Потом, опомнившись, я разжимаю одну — и хватаю мужчину за предплечье. Он хватает в ответ. Его ладонь просовывается в комнату, держит меня, обжигает.
— Сейчас. Не волнуйся, сейчас…
Он отпускает и тут же сам вцепляется в металл тремя пальцами. Дёргает. Конечно, у него всё выходит легко! Всплеск магии — и решётка отрывается от окна вместе с кусками раствора.
— Подожди, — шепчу я хрипло. — Нет. То есть…
Конечно, он ничего не ждёт. Откладывает её, подаётся вперёд — и руки обхватывают моё лицо.
