Автор
В четвертом попутчике нашли голос — неожиданно заговорил пожилой путешественник с книжкой за ухом. В Лишней Принцессе, как в таинственной книге, каждый открывает свой мир и приключения. Атмосфера напряженная и захватывающая, словно шепчущие секреты бескрайние просторы ночи....
Пологие горы с одной стороны упирались в большое озеро Киар, а с другой - спускались к океану. Вода в озере соленая, и ученые считают, что горы образовались в результате природного катаклизма, а озеро когда-то было частью океана. Климат там суровый, лето холодное, зима снежная и порой настолько морозная, что замерзает не только озеро, но и прибрежные океанские воды. Переселяться в более удобные для жизни места киарру не желали и с прочими жителями почти не контактировали, но приветствовали туризм из Метрополии, приносящий им хороший заработок от продажи расписных горшков, тканых поясов, деревянных колокольчиков, вяленой рыбы ча, сушеных ягод кии, глиняных статуэток с рогами, а также заговоренных камней, выполняющих желания - их якобы находят на месте удара молнии.
Но шу-инны едут в такую даль не только за сувенирами: на озерной стороне, поросшей хвойным лесом, постоянно идут грозы, даже зимой, так что многие специально приезжают полюбоваться на полыхание молний в снежной круговерти.
"Если в самой Колонии аборигенов осталось мало, а большую часть населения составляли те, кто прибыл сюда из других миров, попавшись в ловушки, то в Метрополии коренного населения было довольно много. Аборигены Метрополии представляли собой другую расу и сильно отличались от здешних киарру: никаких рогов и нормальное телосложение, а у киарру коленные суставы развернуты назад, как у лошадей или оленей, потому и походка их показалась мне странной, когда я впервые увидел рогачей на дороге.
Туземцы Метрополии называют себя абинати, они высокие, смуглые и невозмутимые, если судить по единственному абинати, которого я знал близко - Канибу Сару. Меня интересовали взаимоотношения шу-иннов и абинати: как ни верти, а шу-инны тут такие же завоеватели, как испанцы в Америке. И сначала, пока я только учился языку и изучал историю, эти отношения представлялись мне идеальными.
