В автокатастрофе жизнь меня изменила – и все вокруг стало насыщеннее. Затемненные руны папиных речей прорезались в сознании, заставляя тонуть в непривычных словах, не связанных ни со мной, ни со школой балета. Чем дальше я вглядывалась в происходящее, тем больше становилось неясности и чем-то мистического в этом потоке событий....
Похоже, «Лишняя. С изъяном» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Хорошо, если ты так настаиваешь, я дерну пару однокурсников. Бунтари еще те, их никаким авторитетом не задавишь. Если только клятвой.
— Прямо сейчас! — строго приказала я. Жених прижмурился на секунду, мысленно поминая мое шило в заднице и богатую фантазию разными неджентльменскими словами. Потом с явной неохотой сгрузил меня обратно на диван, задержавшись ладонью на бёдрах куда дольше положенного, хотя ему их даже видеть не положено вообще-то! О чем я думаю?..
Думала я явно не о том, потому что, видя, как он натягивает сапоги обратно, вместо того, чтобы отправиться домой, как давно бы уже поступила на моем месте приличная леди, я потянулась и потёрла уставшее от пластики — дважды за день туда-сюда — лицо ладонями.
— Возвращайся побыстрее, — пробормотала я, поднимаясь с дивана и направляясь в совершенно противоположную от двери сторону. В спальню. Ну, на второй этаж.
— Ага, — нечленораздельно выдавил согласие Броди и чересчур резко захлопнул за собой дверь. Поспешно сбежал, я бы сказала.
С другой стороны, после такого стресса самое нормальное и полезное, чтобы почувствовать себя живой — это заняться сексом. С этой мыслью я стянула платье, бронекорсет и не торопясь приняла душ.
Кажется, впервые в этом мире мне не нужно было куда-то бежать, что-то срочно изучать, читать или вникать. Я натянула обратно тонкое нижнее платье — вполне сойдёт за ночнушку — и бездумно уставилась в окно. До заката еще далеко — солнце ярко светило прямо в стёкла, заставляя щуриться и смаргивать навернувшиеся слезы.
Ну что же, подруга. Я нашла твоего убийцу. И даже начала мстить, если пару игл в стратегических местах можно так назвать. Только праздновать рано. Пока что я больше ничего не могу сделать — разве что похитить его самой и пытать в казематах?
Меня передернуло.
Нет, несмотря на все пережитое, я пока еще не дошла до той степени черствости, чтобы со спокойной душой втыкать человеку иголки под ногти.
Интересно, почему?
Кажется, я все же снова задремала, вымотавшись морально, потому что когда в следующий раз услышала скрежет ключа в замке и подскочила на кровати, за окном уже расцветал закат.
Бродерик поднимался по скрипучим ступенькам медленно, будто не веря до конца в реальность происходящего. Да, я сейчас рвала все шаблоны юных дев, но я же принцесса из борделя.
