В автокатастрофе жизнь меня изменила – и все вокруг стало насыщеннее. Затемненные руны папиных речей прорезались в сознании, заставляя тонуть в непривычных словах, не связанных ни со мной, ни со школой балета. Чем дальше я вглядывалась в происходящее, тем больше становилось неясности и чем-то мистического в этом потоке событий....
Похоже, «Лишняя. С изъяном» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вроде не караулят, но лучше отсидеться, чтобы наверняка. Боец из меня сейчас никудышний, как, впрочем, и бегун. Вот в реальности я бы им показала, а во сне, увы, я по-прежнему жалкая дцпшница.
— Хилли, — то ли прошептала, то ли всхлипнула девочка. Я вгляделась в её лицо.
Её недавно привезли, что не совсем обычно. В пансион принимали с шести-семи, и в основном в этом возрасте от таких, как мы, и избавлялись, а Хилли выглядела на принцессин возраст, то есть лет на десять.
— А меня Катраона, — представилась уже принцесса.
Я хотела снова приподняться из лопухов, чтобы проверить, чисто ли вокруг, но поняла, что принцесса снова владеет собственным телом. Интересно, она заметила, что я ею управляла? Или — как это иногда бывает — «сама не знаю, что на меня нашло, оно само получилось»?
Оглушительно заурчал желудок.
— Пойдём со мной. У меня кое-что вкусненькое припасено.
На кухне принцесса дежурила чаще остальных. За провинности в пансионе полагаются наказания, а упасть посреди бальной студии — ещё какая провинность. И наставницу не интересует, что ногу свело привычной судорогой и вообще левая сторона слабее правой, и требовать от нее стоять на цыпочках — натуральное издевательство.
Происхождение учениц не афишировалось — подробности известны только настоятельнице. Для всех Катраона — всего лишь безродная сирота, которую добрые богатые родственники пристроили в пансион. И повариха жалела бедную сиротку, оставляла ей в углу на подоконнике то булочку, то пирожок, а если вдруг выпечка подгорит, то и не один.
