— Не знаю, — поднимаю на него взгляд. — Возможно, когда-нибудь.
Я не стану оправдываться. Я не вводила его в заблуждение с корыстными целями, не играла его чувствами и не лгала. Моя относительная свобода связывает меня кучей обязательств и обещаний, о которых я не имею права говорить. Пусть хотя бы попытается меня понять, я не могла рассказать. Мы не стали настолько близки, чтобы я рискнула всем, а главное — нашими жизнями. Я не знаю, насколько ослабло влияние Карима Алибекова, чтобы перестать его бояться. Хотя он и без влияния способен совершить любое преступление, а тут затронута честь его семьи, о которой он так печется.
Наш разговор прерывает преподаватель, со звонком вошедший в аудиторию. Матвей встает и уходит, ничего мне не сказав. Больно. В моей жизни было много боли, эту я тоже переживу.
— Усачев, вы куда? — окрикивает парня преподаватель. Матвей никак не реагирует.
«Как в воду опущенная!»— эта фраза как нельзя лучше описывает мое состояние. Не получается сконцентрироваться на лекциях, погружаясь в невеселые мысли, пропускаю большие абзацы материала. Чувствую облегчение, когда последнюю лекцию отменяют из-за надвигающейся непогоды. Приезжаю домой раньше Антонины. Бабушка выходит встречать."
"— Я приготовила твои любимые пирожки, мой руки и садись за стол. Замерзла, поди, пока до дома шла, — возвращается на кухню.
Бабушка приготовила не только любимые пирожки, но и любимый суп.
— А Матвей что не поднялся? — спрашивает бабушка, ставя передо мной тарелку горячего супа.
— Дела у него, бабушка, — вынужденно лгу.
— Как учеба? — суетясь вокруг меня. Бабушка старается быть в курсе всех событий, что происходят в наших с Тоней жизнях.
— Все хорошо… — пересказываю события сегодняшнего дня.
— А что хмурая такая, если все хорошо? — подозрительно смотрит на меня.
— Голова болит, — тру лоб. Не хочу ее расстраивать. Мы с Тоней решили не рассказывать бабушке о том, что происходит в Москве, но упомянули о смерти Алины. «Пусть земля ей будет пухом», — сказала она тогда.
— Отдохнуть тебе надо. Давай доедай и ложись, — командует бабушка.
Тоня приезжает спустя час. Жалуется, что еле добралась до дома. Из-за разыгравшегося бурана не могла сесть в переполненный транспорт. Бабушка, налив Антонине суп, поспешила к телевизору, там начинался любимый турецкий сериал.
— Эрик пригласил завтра сходить в кафешку, — сообщает сестра, выкладывая на стол из рюкзака корейскую лапшу. — Позже приготовим, попробуем, — быстро прячет упаковку в нижние ящики, пока бабушка не заметила. Она не одобряет, что мы едим всякую гадость.
«Эта химия вызывает кучу опасных заболеваний, а вы ее добровольно в рот суете!» — бурчит бабушка, заметив пустую упаковку в мусорном ведре.