Автор
В дешевом доме, словно вырезанном из мансардного потолка старого особняка, жил человек одиночеством. Но вдруг появилась она — женщина неизвестной внешности, на которую он ненадолго забыл о своем отчаянии. Теперь каждый день полон загадочных встреч и таинственных знаков, как будто мир с его новой соседкой стал другим. В каждой главе открывается новый секрет, а визуализация дверей заставляет задуматься о потере и месте во множестве....
Фарида бросает на меня сочувствующий взгляд, под зорким взглядом тетки не решается подсунуть мне кусочек вкусного, ароматного мяса. Ирада, как назло, весь день на кухне крутится!
— Отнеси на стол мясо, одну тарелку поставь возле гостей, вторую возле деда и Алихана, — впихивает мне в руки две тарелки Ирада. — Глаза в пол опусти и веди себя скромно, — продолжает давать указания, с раздражением убирает выпавший из моей косы локон, заправляет его за ухо. Царапая ногтем кожу, даже не думает извиняться. — Нужно было косынку надеть, — шипит зло.
При упоминании косынки во мне вспыхивает протест: «Еще чего не хватало!» Сама пусть носит косынку! Вместе с Самирой! Я ведь знаю, почему они все относятся ко мне плохо. Косынкой не исправить факт моего рождения! А если так сильно меня стесняются, то могли бы запереть в комнате! От обиды слезы подступают к глазам. Закусываю щеку с внутренней стороны, отвлекаю себя на боль.
— Пошевеливайся, — толкает несильно Ирада. Обычно она не так щепетильна, а тут боится, что я мясо уроню.
Покидая кухню, переключаюсь на запах еды. Растущему организму нужны калории! Думаю только о том, что умру, если не съем кусочек мяса. Если не умру, то точно потеряю сознание. Нельзя морить ребенка голодом, даже если этого самого ребенка ты не любишь!
Не доходя до столовой буквально несколько шагов, останавливаюсь, ставлю тарелки на высокий комод. Какую функцию он выполнят в нашем доме, сложно понять, потому что внутри, как и снаружи, он пустой.
Хоть для чего-то этот комод пригодился!
Подцепив ломтик, быстро сую в рот. На языке растекается просто божественный вкус, мясо тает во рту. Пережевывая, осматриваюсь по сторонам.
— Ты отказываешься нас поддержать, Карим? — вздрагиваю от резкого незнакомого голоса. Успокаиваюсь, когда понимаю, что никто меня не застал.
— Не отказываюсь, — тянет знакомый голос. — Но ты ведь понимаешь, что моя поддержка в этом вопросе дорого встанет, — закатываю глаза, дед любит демонстрировать силу и власть.
— Понимаю.
