Автор
В дешевом доме, словно вырезанном из мансардного потолка старого особняка, жил человек одиночеством. Но вдруг появилась она — женщина неизвестной внешности, на которую он ненадолго забыл о своем отчаянии. Теперь каждый день полон загадочных встреч и таинственных знаков, как будто мир с его новой соседкой стал другим. В каждой главе открывается новый секрет, а визуализация дверей заставляет задуматься о потере и месте во множестве....
По моей щеке побежала слеза, когда наши взгляды встретились. Лицо Эльдара не выражало никаких эмоций, но я ощущала поддержку, он меня мысленно подбадривал, обещал, что все будет хорошо. Томаев остановился возле кресла, достал пистолет из-за спины и только потом присел. Несколько секунд тишины нарушил скрип ворот, он ударил по натянутым нервам. Похитители закрыли изнутри ворота — мы в ловушке…
Глава 84
Диана
Алихан встает с ящика, медленно подходит к Эльдару, хочет показать свое превосходство, но Гасанов с презрением смотрит на моего дядю.
— Заждался тебя, дорогой родственничек, — произносит Алихан."
"— Хочешь поблагодарить за сыновей, которым я позволил жить на свободе? — пренебрежительно кривит лицо.
— Хочу! — зло оскаливается Алихан и без предупреждения бьет Эльдара в живот. Крик ужаса застывает на губах. Гасанов был готов к удару, слегка поморщившись, он надменно смотрит на моего дядю.
— Это все, на что ты способен? Не сомневаюсь, что в кулаках Карима больше силы, чем в твоих, — зачем-то подначивает Алихана.
Эльдар прав, Алихан разжирел за последние два года, стал тяжелым, обрюзгшим, возможно, он не так силен, как Эльдар, но его удары могут нанести непоправимый ущерб здоровью. Как и следовало ожидать, брошенные оскорбления взбесили дядю. Он решил доказать, что в его кулаках достаточно сил, чтобы сломать Гасанова. Наносит удары по голове, по корпусу, по животу.
— Пожалуйста, не надо, — тихим умоляющим голосом.
— Алихан, дай и мне поздороваться с зятем, — вмешивается Сергей Томаев. Неприятный человек, но в данный момент я ему благодарна. Дядя отходит, я вижу Эльдара, к глазам подступают слезы. Он ведет себя так, будто ничего страшного не произошло, а у него губа разбита, нос распух…
Хмыкнув, Томаев протягивает руку, которую Эльдар демонстративно не стал пожимать.
— Хотел быть вежливым, — убирая руку в карман, произносит Томаев. — Ты лишил меня дочери, внучки, работы, отправил в колонию, но при этом чувствуешь себя оскорбленным? — изображает удивление.
— Всего того, что ты перечислил, ты лишил себя сам, — выплевывает Эльдар ему в лицо, которое тут же искажается злобой.
— Тогда не будем больше оттягивать наши дела.
