Автор
Являясь девяносто-девятилетней соколовой падчерицей, Лисий капкан начинается в теплые майские дни 2019 года. Вместе с братом она прячетсь от своего кровного мужчины, а зарождающееся подозрение о его предательстве разрушает все тщательно организованное им планирование....
Да, возможно, мне бы и удалось доказать его вину. Доказать и уехать домой. А она бы осталась жить по соседству с этим отморозком. И если бы он сделал то, что пообещал, то я бы никогда себе не простила, что по моей вине пострадала бабушка. Поэтому я всё держала внутри. Копила злобу, сходила с ума от жутких мыслей, просыпалась по ночам в холодном поту, когда мне снился пляж, на котором стояла беседка с красной крышей. Снаружи я еще как-то напоминала человека, а внутри была полностью уничтожена. Когда бабушки не стало, во мне словно что-то щелкнуло.
Знаете, в каждом, каждом человеке живут черти. У истеричек и отморозков они всегда на поверхности. А у тихонь вроде меня могут спать годами.
Просыпайтесь, ребятки. Дельце есть!
Я уступлю Соколу место в аду. А сама отправлюсь туда, когда судьба забросит. Да, именно в ад. Так как после того, что я с ним сделаю, в раю для меня места не будет.
"Итак, что я о нем знала? Его прозвище – Сокол, его фамилию – Соколов, и то, что жил в Вологде. Я даже имени его не знала. Искала в соцсетях. Почти две тысячи человек из Вологды с фамилией Соколов. Затем забила в поиск «Костя Капустин», и тут удача мне очень широко улыбнулась: с таким именем и фамилией было три человека, все с фото на аватарке. Парня в черной кепке я узнала сразу. У него в друзьях было трое с фамилией Соколов.
Круг сократился. В разы. У Ивана в альбомах было несколько фото, и этот парень ничем не смахивал на Сокола, которого я отлично помнила. У Дениса не было фото и стоял город Санкт-Петербург. Поэтому его я сразу отсеяла. Остался Егор. У него – ни одной фотографии.
