Автор
Являясь девяносто-девятилетней соколовой падчерицей, Лисий капкан начинается в теплые майские дни 2019 года. Вместе с братом она прячетсь от своего кровного мужчины, а зарождающееся подозрение о его предательстве разрушает все тщательно организованное им планирование....
Да, это всё выглядело так, словно, пока была маленькой девочкой, с радостью ездила к бабушке. А сейчас выросла и ударилась в тряпки, в моду, и бабушка стала не нужна. Но это же не так. Совсем не так! Но я не могла никому объяснить, что эти три года, когда бабушка медленно умирала, я ненавидела этот город. Не могла сюда вернуться. Здесь меня сломали. Тогда я не думала ни о ком. Пыталась спасти себя…
Я молча развернулась и пошла на улицу, даже не сказав Юле «пока». На крыльце стояла Рита и по телефону прощалась с мамой.
"– Ой, капец, я чуть не спалилась! – хихикнула Рита. – Если мама узнает, что прогуливаю, мне кранты!
– Кино отменяется, – подала ей салат. – Извини…
Я пошла в сторону дома, глотая слезы и мечтая поскорее закрыться в квартире, чтобы как следует разрыдаться. Меня душили Юлькины слова. Я представила, как одиноко было бабушке. Как она ждала меня на каникулы. Как пекла свои пирожки. Она всегда пекла пирожки к моему приезду…
Дорога из супермаркета была как раз мимо бабушкиного дома.
– Я уничтожу тебя! За себя. За нее. Уничтожу!
Глава 14
Вечером я не спеша шла с тренировки. Накинула капюшон на голову, слушала музыку в наушниках, ловила лицом капли дождя. На плече болталась спортивная сумка, белые кроссовки утопали в лужах, тренировочные спортивки вмиг стали мокрыми и неприятно прилипли к ногам.
– Алло?
– Эля?
– Да.
– Это Егор.
И в горле пересохло от волнения. Пока я вспоминала, как складывать буквы в слова, он продолжил разговор:
– Ты свободна сейчас?
– Да.
– Может, выйдешь во двор? Колесо поменяю.
– Сейчас буду!
И я почти бегом побежала в свой двор.
На улице было темно.
– Привет еще раз, – поздоровалась я.
– Привет-привет. – Он кинул под ноги окурок. – Открывай багажник.
Я прошла к машине, открыла багажник.
