"Александр Тамоников
Академия отморозков
Все мы смертные, кроме вечно живых.
Григорий СтернинПролог
N-й мотострелковый полк, дислоцирующийся недалеко от поселка Тугалы за Уральским хребтом. Расположение 8-й роты 3-го батальона. 31 декабря 2003 года, 23–10. Канцелярия ротного
Офицеры, расположившись за Т-образным столом, подняли по последней кружке, допивая литровую бутылку водки. Тост был краток:
— За тех, кого нет рядом!
Выпили, закусили тушенкой, закурили. Командир осмотрел подчиненных:
— Итак! Пора и к нашим дамам выдвигаться! Осталось решить, кто останется контролировать подразделение и поздравит личный состав после боя курантов!
Молодой лейтенант Катасов, один из взводных, протянул:
— Да что его контролировать, товарищ капитан? Бойцы у нас с понятием, ну, а если и решили старички водочки хлебнуть, то все одно выпьют.
Смотри за ними или не смотри. За всем разве уследишь? В сортире, на очке, но примут. Главное, чтобы без шума. А за этим вполне может проследить и старшина, сержант Самонченко!
Ротный, капитан Илугин, спросил:
— У кого будут другие предложения?
На что подчиненные офицеры в один голос заявили:
— Да прав Семен! Первый Новый год вот так, что ли, встречаем? Посидим в компании жен где-то до двух, а потом можно и вернуться, посмотреть, что здесь за дела.
А то и раньше. В час, например!
Ротный, выслушав подчиненных, ударил ладонью по столу:
— Значит, так! Сейчас строим личный состав, поздравляем его, затем идем к Пронозину.
Отмечаем Новый год и возвращаемся в роту. После чего, Семен, — капитан указал на лейтенанта, что первым выступил после третьего тоста, — останешься в казарме до утра. Все равно холостой! Решение окончательное, обжалованию и обсуждению не подлежит.
Он повернулся к командиру первого взвода, старшему лейтенанту Пронозину:
— Позвони, Костя, домой, узнай, готовы ли наши благоверные принять своих мужей?
Офицер поднял трубку телефона. Набрал короткий номер внутригарнизонной связи.
Задал вопрос, выслушал ответ, опустил трубку на место, доложив:
— Дома все готово. Дамы с нетерпением ждут кавалеров.
— Тогда стройте роту! Старшину ко мне!
Взводные вышли. И почти сразу в проеме двери канцелярии появился сержант Самонченко:
— Разрешите, товарищ капитан? Вызывали?
— Вызывал! Проходи, присаживайся.
Сержант опустился на стул, где до него восседал лейтенант Катасов, стараясь не смотреть на остатки офицерского застолья.
