Ей хотелось понежиться под прохладными освежающими струями, но она вспомнила о пицце, поэтому наскоро ополоснулась и вымыла шампунем голову. Высушив волосы феном и приведя их более или менее в порядок, она захотела было нормально одеться, но передумала и накинула легкий халат, раньше принесенный ей Дейном. Выйдя из ванной, она вдруг замерла, уставившись на свою незаправленную постель. Не будь Марли такой измученной, она заметила бы это раньше. По вмятинам на подушке и простыне было видно, что на этой постели провели ночь двое… Догадка промелькнула у нее в голове, будто яркая комета: рядом с ней спал Дейн.
Она смирилась с его присутствием в доме в течение всего дня, ибо вспомнила, что сама позвонила ему накануне вечером. Но почти все это время Марли провела в забытьи и понятия не имела о том, что он тут делал. Теперь стало ясно. Он не просто был рядом все эти часы — он спал вместе с ней в ее постели.
Жаркая чувственная волна накатила на нее, и Марли даже зажмурилась. По всему телу пробежала дрожь удовольствия. Сердце сильно колотилось в груди, соски напряглись, а внизу живота родилось ощущение, от которого она почувствовала слабость в коленках. Желание! Бешеное желание! Марли поверг в шок сам этот факт. Вместо того чтобы разозлиться, узнав, что Дейн, воспользовавшись ее беспомощностью, лег спать в ее постель, она почувствовала только сильнейшее сексуальное возбуждение.
Весь день он был с нею необыкновенно нежен, ласков и предупредителен, обращался как с хрупкой фарфоровой статуэткой, что нелегко далось ему, человеку, наделенному огромной физической силой и буйностью характера. Он кормил ее, расчесывал ей волосы, успокаивал, пока она плакала, и самое главное — не ушел, когда она больше всего нуждалась в его присутствии. Да, все эти страшные часы она действительно была не одна. Ей вспомнился институт. Вроде бы странно звучит, но доктор Ивел и его коллеги всегда сохраняли дистанцию, давая Марли возможность самой оправиться от очередной эмоциональной травмы. Только теперь она поняла, как одинока и несчастна была раньше.
Дейн коротко постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, вошел.
Она вздрогнула. Это была неизменная реакция на каждое его появление. Дейн был такой большой, порывистый… Он источал мужскую энергию такой силы, что Марли бросало в дрожь. Впервые она подумала о том, что власть над ней Арно Глина, похоже, начинает ослабевать. Глин — больной садист, а Дейн — мужчина. Такой, каким и должен быть настоящий мужчина. Крепкий, в чем-то неотесанный, мрачно взирающий на все, что его окружает. Но с таким мужчиной женщине ничего не страшно.
— Ты в порядке? — Преодолел в два шага то расстояние, которое разделяло их, взял ее за талию и притянул к себе.