Я никогда еще не находилась в таком отчаянном положении, потому что меня всегда защищал институт. Но какой банк потерпит подобную рекламу?! Экстрасенс, работающий в отделе бухгалтерского учета! Клиенты начнут закрывать свои счета, опасаясь, что я могу сунуть нос куда не следует.
— Интересно, что им скрывать? — задумчиво проговорил Дейн.
— Может, и нечего. Просто у нас в обществе много параноиков, которым кажется, что «власти»— под этим словом они могут подразумевать кого угодно — за всеми следят и во все дела влезают. Эти люди даже при переписи населения не заполняют выдаваемые им бланки, опасаясь, что информация будет передана в IRS.
— Откуда тебе все это известно? — спросил Дейн исключительно небрежным тоном. Но, бросив в его сторону взгляд, она увидела, как задорно поблескивают его карие глаза.
Марли рассмеялась, осознав, что он поймал ее.
— Откуда? Я просто читала их мысли! Но это было давно, Холлистер. Сейчас у меня не получится.
— Ты так уверена? Хоть раз-то пыталась?
— Пыталась, хитрюга, пыталась.
— На прошлой неделе. Я попыталась поймать ЕГО, но не смогла. Тогда стала искать тебя, Трэммела. Ничего. Наконец на какое-то очень короткое время я увидела тебя, но все равно ничего прочитать не смогла.
— Ты увидела меня? — Дейну это явно не понравилось. — И чем же я занимался?
— Смотрел по телевизору бейсбол и отвечал по телефону, — вырвалось у нее. — Это было тогда, когда я тебе позвонила в первый раз. Если бы я не была так встревожена и напугана, то, наверно, не увидела бы тебя. Ясновидение никогда мне особенно не удавалось.
Ополоснув тарелки, он составил их в сушилку, вытер руки.
— Но это было еще до того, как мы соединились. Может быть, теперь ты можешь проделывать это всякий раз, когда захочешь?
— Может быть. Не знаю. Я больше ни разу не пыталась.
Он развернулся, оперся об умывальник, скрестив руки на груди и уставившись на нее. Марли обеспокоилась, но еще не успела сообразить, что случилось. Выражение лица у Дейна было мрачное, и плечи его будто стали еще шире. Пиджак он снял, когда вносил в дом коробки с китайской едой, но про наплечную кобуру забыл. Холодок пробежал по спине. Он жил у нее уже неделю, и за этот короткий промежуток времени она успела привыкнуть к тому, что он заботится о ней, защищает, даже балует. Но ведь одна неделя — это так мало. А раньше Дейн был ее противником…
Вдруг на Марли снизошло озарение. Она внезапно поняла, в чем проблема. Он хотел ее как женщину, но не доверял ей. Да и с чего бы это? Дейн ее мало знает.