На вопрос по поводу того, что Илья делал на моей даче, мне пришлось придумать сказку о том, что он просто устал от всей городской суеты, от собственного бизнеса и неограниченного количества дел, попросил уединения и захотел немного побыть в одиночестве, чтобы снять накопившуюся усталость, поразмышлять и покончить с нечаянно нахлынувшей тоской и депрессией. Что касается Влада, то мы обе промолчали про то, что я погналась за ним с пистолетом. Свой рассказ мы закончили на том, что раненый Влад попытался произвести еще один выстрел, чтобы добить своего брата, но так как в патроннике больше не оказалось патронов, его попытка не удалась, и он в спешке покинул дом. Когда многочасовая беседа закончилась, мы встали и вновь направились к операционной. Я шла, крепко вцепившись в Наташкину руку, и немного пошатывалась.
– Света, тебе совсем плохо?
– Голова кружится. Я еще никогда так много крови не сдавала.
– Тебе сладкого чая нужно. Да лечь полежать.
– Что позже-то? Ты выглядишь как покойница, – испуганно покосилась на меня Натка.
– Наталья, вот идем мы с тобой по коридору, взявшись за руки, и плакать хочется от нашего вида…
– Да потому. Я только думаю, какие же мы с тобой несчастные…
– Почему это мы несчастные? – тут же воспротивилась моим словам Наталья.
– Я обессиленная. Того и гляди рухну на пол и отойду в мир иной, а у тебя на голове чепец прикольный из ваты с пластырем… Тебе вообще голову зашили, тебе сейчас все простить можно. И зачем я на тебя злилась? Как же я сразу не поняла, что тебе голову пробили? Злиться на тебя – последнее дело. Ты мелешь все, что ни попадя. Так вот идем с тобой такие несчастные… Одна стала бескровной, другая с пробитой головой… И пожалеть-то нас некому…
– А нас не нужно жалеть! Мы жалости не терпим! – не согласилась со мной Наталья. – Ничего страшного, что мы со стороны так жалко выглядим, что у нас крови нет и голова пробита. Зато внутри такая силища, что никому не снилось!
Я с трудом улыбнулась и тут же бросилась к вышедшей из операционной уставшей женщине:
– Простите, а операция уже закончилась?
– Что значит ваше «что»?
– Простите, а вы пострадавшему кем приходитесь? – обратила свой вопрос ко мне женщина.
– Она его будущая жена, – сразу сообразила Наташка. – Так вы нам скажете, он жив или нет? Свадьба-то будет?
– Насчет свадьбы пока не знаю. Но мужчина жив.
– Что значит это «пока»?
– Его состояние сейчас не просто тяжелое, а очень тяжелое. Критическое. Но будем надеяться на лучшее. Это вы ему свою кровь отдали?
– Я так и подумала. Уж слишком вы бледная. Поезжайте домой. Хорошенько выспитесь. А нам лучше звоните. От того, что вы будете у дверей тут сидеть, ничего не изменится.
– А вдруг еще кровь потребуется?
– Не потребуется.