− Я не боюсь… вас… опасаюсь только, что для меня всё будет слишком, когда мы окажемся в спальне, − шепчу, прикрыв глаза. – Вас трое, а я одна.
− А ты думай лишь о том, как много удовольствия тебе могут доставить трое мужчин, − вкрадчиво урчит мой тёмный супруг, подхватывая меня под колени. – Только удовольствие, Лина. Ты ведь согласна сегодня снова стать нашей?
− Да, − срывается с моих губ.
− Хорошая девочка, − обжигает мою шею горячий выдох.
И не успеваю я даже глазом моргнуть, как Са-оир поднимается вместе со мной на руках. И целует удивлённо распахнутые губы, сразу врываясь в рот языком. Застонав, я судорожно сжимаю его плечи, комкая халат. Под веками вспыхивают искры. Мир уплывает… ах, нет, это меня несут в спальню. А я могу лишь покорно вздохнуть, ощущая, что сейчас ничего решать не хочу, и меня полностью устроит роль ведомой. Не потому, что я не могу отказать, а потому что хочу довериться.
Са-оир бережно опускает меня на кровать. Шумно вздохнув, я во все глаза смотрю на А-атона и Сэтору, которые тоже входят в комнату. Кожу покалывает от бурлящей вокруг энергии густого мужского возбуждения, жажды, желания направленного на одну меня. И я их тоже хочу. Каждого. По каждому соскучилась. Сегодня для меня действительно немыслимо быть с кем-то одним и отказать остальным двум. Значит, придётся переступить через ещё одну свою ограничивающую рамку.
Мой тёмный супруг уже принимается избавлять меня от одежды, тянет вверх платье, попутно целуя мои колени, бёдра, живот, грудь. Миг, и я уже практически обнажена. На мне остаются только невесомые полупрозрачные трусики. Да и те с меня срывают в мгновенье ока.
Но под обжигающими откровенными взглядами мужей я неожиданно для самой себя почему-то смущаюсь. Вновь вспоминается, что тело моё после родов изменилось, что живот уже не такой плоский и грудь выглядит иначе… Её-то я невольно и прикрываю, сложив перед собой руки.
Са-оир, удивлённо хмыкнув, сбрасывает халат, являя моему взору свою великолепную мускулистую наготу. Засмотревшись на тёмного Повелителя, я даже не сразу замечаю, что А-тон, тоже уже обнажённый, обходит кровать со стороны. А Сэтору − с другой… Окружают хищники.
Но тут мой подбородок ловят пальцы Са-оира, заставляя повернуть голову. И на губы обрушивается очередной голодный собственнический поцелуй. На моих запястьях смыкаются мужские пальцы, мягко вынуждая развести руки, открыться.
− Не прячься от нас, сладкая. Ты божественна, − шепчет мой тёмный супруг, слизывая тихий вздох с моих губ. Смещается ниже, припадая ртом к шее, лаская чувствительную кожу, прикусывая и вылизывая. Движется ещё ниже, к груди. А мои запястья вдруг перехватывают другие руки. Скользят дальше, обхватывая предплечья, и медленно тянут меня из-под Са-оира.