В 1923 году в Чикаго трагическая судьба родителей Дани Флэнаган породила тайну. Пятнадцать лет спустя в Кливленде вновь возникают убийства, связывающие прошлое с настоящим. Пересечение судеб Дани и Майкла Мэлоуна открывает мрачную интригу о маньяке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Любимый незнакомец»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В 1923 году в Чикаго трагическая судьба родителей Дани Флэнаган породила тайну. Пятнадцать лет спустя в Кливленде вновь возникают убийства, связывающие прошлое с настоящим. Пересечение судеб Дани и Майкла Мэлоуна открывает мрачную интригу о маньяке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Эми Хармон Легкое чтение Детективы подборки серии
В 1923 году в Чикаго трагическая судьба родителей Дани Флэнаган породила тайну. Пятнадцать лет спустя в Кливленде вновь возникают убийства, связывающие прошлое с настоящим. Пересечение судеб Дани и Майкла Мэлоуна открывает мрачную интригу о маньяке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В неверном свете пламени тени, пролегшие под глазами Мэлоуна, и его впалые щеки казались еще темнее. Он молча смотрел на Дани, прислонившись плечом к стенке камина, сжимая в правой руке кочергу.
– У меня сегодня нет никаких историй, – сказала она. Она соврала. Юбка, которую она как раз держала в руках, хранила волнующую тайну. Ее владелица ждала ребенка, но не была уверена в том, что его отец – ее муж.
Зузана хмыкнула. Она точно не поверила Даниеле. Ткань всегда что-то скрывала, если только не была совсем новой. А порой даже новой ткани уже было что рассказать. Семейные трагедии, тайны, вина, любовь и утрата. Ткань всегда что-то хранила, и, хотя Дани старалась не раскрывать чужих тайн, рассказывала она с большой охотой. Но сегодня все было иначе. Зузана может хмыкать сколько ее душе угодно, но Дани не станет развлекать Мэлоуна.
– Расскажите мне о своей семье, – мягко попросил Мэлоун, ни к кому конкретно не обращаясь. – Мне бы хотелось услышать историю семьи Кос.
Ленка, лишенная возможности работать и, в отличие от Зузаны и Дани, не проявлявшая в отношении Мэлоуна ни недоверия, ни особой сдержанности, охотно ответила на его просьбу. Она в самых живописных подробностях поведала ему об исходе Косов – Даниеля, Элишки и трех их дочерей – из Богемии. Павел родился в Америке, и о нем она – как, впрочем, частенько бывало с беднягой Павлом – упомянула лишь вкратце.
– Наш дед, отец Даниеля, тоже был портным. Его звали Кристоф Кос. Он обшивал самого Франца-Иосифа Первого.
– Ах да, императора. Это я помню, – заметил Мэлоун.
Дани, отвлекшись от дыры, которую латала, подняла на него изумленный взгляд. В ответ Мэлоун чуть заметно ей улыбнулся.
– Он был императором Австрии, королем Богемии, Венгрии и Хорватии, – резко, словно желая его одернуть, вставила Зузана. – Мы всегда вращались в высших кругах. А что у вас за семья, мистер Мэлоун?
– Мои предки были крестьянами. В Ирландии императоров не водится. Одни католики да протестанты. Порой заезжает какой-нибудь английский лорд, хотя, думаю, нынче лордов здорово поубавилось.
– А сам вы кто? Католик? Или протестант? – спросила Ленка.
– Меня воспитали католиком, – ответил Мэлоун.
– И вы до сих пор практикуете? – не унималась Ленка.
– Можно и так сказать.
– Благодарение господу за его милости, – фыркнула Зузана.
– У нас в семье были – и есть – и католики, и вольнодумцы, – вмешалась Дани, желая перевести разговор на другую, менее острую тему.
– А разве нельзя быть сразу и тем и другим? – спросил Мэлоун.
