Любовь гика — читать онлайн бесплатно полностью

Серый воздух подсвечен фонарем в дальнем конце переулка. Плоская крыша гаража подступает вплотную к высокому деревянному зданию. Серебристые капли дождя падают в склизкую лужу, собравшуюся в центре крыши. Пожарная лестница вдавлена ножками в гудроновое покрытие. Мисс Оли, третий или четвертый ребенок Биневски – в зависимости от того, что считать, головы или жопы, – снимает очки с темно-синими стеклами, трет кулаками выпученные глаза, стирает пот с переносицы, широкой и плоской, и возвращает очки на место. Морща лоб, поднимая брови, которых нет, мисс Биневски отступает от двери, осторожно огибает лужу по краю, подходит на ватных ногах к металлической пожарной лестнице. Теперь – вверх по мокрым, покрытым сажей ступенькам. После первого пролета она прекращает подъем, кладет подбородок на перекладину перед ней и отдыхает ровно три вдоха и выхода, размышляя о том, не пора ли обзавестись старушечьей клюкой. Или может, двумя клюками, достаточно крепкими, чтобы безмозглая старая жаба могла бы с их помощью тянуть себя вверх по этим мокрым, зассанным кошками ступеням, а не хвататься за них руками.

Она, эта Оли, уже добралась до первой решетчатой площадки пожарной лестницы, сидит там и опять отдыхает, но не просто сидит, а заглядывает в затуманенное грязью окно, что выходит в проулок на задах дома в благородном районе Уэст-Хиллз. Если влага, скопившаяся под очками в тонкой проволочной оправе, – слезы, значит, наша полоумная старая вешалка скоро ослепнет, не удержится на площадке и свалится вниз – разобьется в лепешку о гудронную крышу рядом с декоративной лужей.

Нет, она говорит, что не плачет, хотя все ее нервы стараются словно вытечь наружу через глаза. Ей действительно грустно и жаль себя, потому что это «ее» окно, и пыльная комната за окном – «ее» комната, и Оли очень по ней скучает, ей хочется заползти внутрь, закрыть окно и никуда больше не выходить – никогда. Но сейчас это немыслимо, поскольку вместо мозгов у нее воспаленные геморроидальные шишки, и она пребывает в тоскливом, хотя и добровольном изгнании, пока не исполнит задуманное.

Что, она опять плачет? Или просто ей вдруг открылось, что если бы за последние три года она хоть раз вымыла это грязное, закопченное окно, то сейчас сумела бы разглядеть свое кресло с подставкой для книг, маленькую газовую плитку на буфете, дверцы нижнего буфетного шкафчика, где она спит, поплотнее закрыв дверцы и свернувшись калачиком в гнездышке из одеял. Эта глухая завеса – непрозрачность стекла – приводит в уныние маленькую мисс Оли и раздражает ее слезные железы. При одной только мысли о теплой постели в уютном шкафчике слезы льются рекой из вишнево-розовых глаз, скрытых за стеклами темных очков.