Элеонора погружалась в блаженство, пронзительное и пьянящее. Отбросив всякую стыдливость, ограничения, принесённые ещё из земной жизни, она отдавалась самой смелой ласке, позволяла мужу покорять своё тело , как он уже покорил её Душу. Закрыв глаза, она уносилась сладостным потоком в океан наслаждения.
Боль не возмутила её. Так НАДО! Только ТАК наагаты зарождают НОВУЮ ЖИЗНЬ. Только так, а не иначе.
И укус смертоносных клыков она приняла как должное. Вонзая в ответ свои клычки в шею Берта, услужливо подставленные ей.
- Почему... - прошептала Эля, когда их тела перестали содрогаться от оглушительного оргазма, - Почему ты так долго ждал... терзал нас... Берт, я люблю тебя...
- Я тоже, сладкая! Я люблю тебя! - прошептал наг, вытягиваясь рядом с женой, на кровати и проводя трепещущим языком от груди к ушку. Потом обвел округлость ее белого и упругого живота. Она блаженно вздохнула, выгибаясь на встречу любимому мужчине.
Какой же её наг нежный, страстный, сильный!
Нас тактично не беспокоили до следующего дня.
Который начался с жизнерадостного вопля Кларка, который ломился к нам в каюту со словами:
- Госпожа! Впустишь? Там, вроде как родителей нашего красавчика обнаружили! И ещё я девчонок потерял... точнее - гасси!
- Убью... - простонала я, зарываясь под мышку Берта.
- Для тебя, свет мой, хоть сейчас! - муж делает движение, чтобы встать с кровати.
- Нет. Пущай живёт! - ворчу я, притягивая Бету к себе и коварно сжимая губами жесткую горошинку соска.
- Ммммилая... ты не против повторить нашу восхитительную близоссссть?
- Не против, - вздыхаю, с сожалением отрываясь от вкусного мужа, - Но... встать всё-таки надо... хотя бы - попытаться... хоть так неохота...
- Можем продолжить... попозже...? Только ... мы уже не будем наедине... Мрак едва держится. Тебя оставить с ним наедине? Милая, я понимаю, как тебе сложно ... Но, от этого люблю не меньше, а сильнее! И Мрак с Велллором - тоже! - Берт, не торопясь, с наслаждением, накрыл губами мой рот ... властно углубляя поцелуй. - Позволишь - честно..? - прерывисто дыша спросил он, оторвавшись от совсем разомлевшей меня.
- Позволю, - еле двигая припухшими от поцелуев губами, и всё ещё тая от ласк мужа, отвечаю я.
- Позволь нам сегодня быть с тобой ... всем...? Не торопись отрицать! - пальцы Берта легли на мои губы, - Доверишься мне...? Нам...? Если запаникуешь, зажмёшься... я всё прекращу. Веришь?
Любимые, мудрые глаза смотрели на меня с нежностью.
- Верю... доверяю... позволю...