Евлампия Романова оказывается в центре запутанной ситуации после трагического события на сцене. Убийство Тины Бурской порождает подозрения, и никто не может определить истинного виновного. Между любовными интригами и загадками разворачивается напряженная драма.
Раздел Chitat.online для книги «Любовь-морковь и третий лишний» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Евлампия Романова оказывается в центре запутанной ситуации после трагического события на сцене. Убийство Тины Бурской порождает подозрения, и никто не может определить истинного виновного. Между любовными интригами и загадками разворачивается напряженная драма.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дарья Донцова Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Евлампия Романова оказывается в центре запутанной ситуации после трагического события на сцене. Убийство Тины Бурской порождает подозрения, и никто не может определить истинного виновного. Между любовными интригами и загадками разворачивается напряженная драма.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Тарампам-пам, тарам-пам-пам, на то оно и утро»?
– Офигела, да? – спросила открывшая дверь девушка чуть старше Лизы. – С крыши упала?
– И че меня разбудила? Я только спать легла.
– Это для тебя! А для меня вечер, – обозлилась окончательно девчонка, – сорок минут назад я с работы приперлась. Чтоб всех разорвало! Ты ваще кто?
– Евлампия Романова.
– Ну-ну, тогда я Физдипекла Кошкина.
Пришлось вытащить паспорт, девчонка уставилась в него, затем, слегка порозовев, сказала:
– Ладно, не злись, мне и в голову прийти не могло, что такое имечко существует. Меня Мариной зовут.
– Ерунда, я вовсе не обиделась.
– Но как бы тебя ни звали, – снова начала возмущаться Марина, – это не дает тебе повода людей ни свет ни заря будить.
– Каролина Карловна тут живет?
– Каролина Карловна.
– Первый раз про такую слышу.
– Это пятый подъезд, сотая квартира?
– Мне сказали, она тут.
– Не, – потрясла головой Марина, – вы спутали, здесь я и Николаевич, старикашка дурацкий.
– Может, дедушка про Каролину Карловну слышал? – решила не сдаваться я.
– Ну-у, – с сомнением протянула Марина и заорала:
– Эй, Николаич! Николаич! Старый пень! Ау-у-у!
В коридор на дрожащих ногах выбрался старичок.
– Здравствуй, Мусенька! – обрадованно воскликнул он. – Ты мне бутербродиков принесла?
– Вот, любуйся, Николаич, ходячее несчастье.
Мне его дочка с квартирой сдала.
– Как это? – удивилась я.
– Очень просто, – пояснила Марина, – плачу только сто баксов и за дедом приглядываю. Дочь его по командировкам мотается, ей некогда. А со мной ловко получается, я ночь в клубе пляшу, день дома.
– Колбаска есть? – с надеждой спросил дедуля.
Марина набрала полную грудь воздуха и рявкнула:
– Да-а-а! Докторская!
– Ой, хорошо, – обрадовался старичок.
– Эй, Николаич! Сто-о-ой!
– Ты Каролину знаешь?
– Каролину-у-у, – взвыли мы с Мариной на два голоса.
– Карловну, – набатом загудела я, – Каролину Карловну.
Николаич зашевелил пальцами.
– Герцогиню Курляндскую?
Марина посмотрела на меня.
Я растерянно пожала плечами:
– Ладно, – приободрилась стриптизерша. – Николаааич! Ну-ка, расскажи нам про Курляндскую! Адрес ее можешь назвать? Ау-у! Николаи-и-ич! Старый пень! Ау-у-у!
– Зачем ты, Мусенька, так кричишь? – с укоризной воскликнул старичок. – Согласен, я, конечно, старый пень, но уши у меня пока мхом не заросли, великолепно слышу окружающих!
Щеки Марины снова покрылись легким румянцем.
