– Да, конечно, но вообще-то я думала попросить пригласительный на спектакль по поводу твоего дня рождения.
Продолжая сверкать наклеенной улыбкой, Тина быстро поставила на чистой странице загогулину и мотнула идеально уложенной головой.
– Увы, представление будет лишь для своих, версию для зрителей покажут по телевизору.
– Да, и очень хорошо, более того, даже дружили, вернее, я тесно общалась с Тоней, твоей мамой и, конечно, помню тебя еще девочкой.
– Вы кто? – изменив вежливо-официальный тон на человеческий, спросила актриса.
– Время никого не красит, – вздохнула Зинаида.
– Тина, – прозвучало из машины, куда сели спутники примы, – долго еще?
– Сейчас! – крикнула та, и велела Зине:
– Назовите свое имя.
– Зинаида Самуиловна, ваша соседка по старому дому, акушерка.
Тина вздрогнула, улыбка мгновенно слетела с ее лица.
– Деточка, мы с тобой…
– Ничего слышать не желаю!
– Костя, – заорала Тина, – кто чья охрана? Отчего ты стоишь, мух считаешь, ко мне сумасшедшие привязываются, а он в облаках витает!
Гора мышц быстро оттеснила Зинаиду в сторону.
– Милая, – попыталась все же достучаться до сердца актрисы Зинаида, – билетик…
Тина, успевшая добежать до шикарной иномарки, обернулась и велела «горилле»:
– Дай этой попрошайке чуток.
Охранник вытащил из кармана тысячу рублей.
– Держи, бабка, – прохрипел он, – но чтоб я тебя больше тут не видел. Знаю вас, прощелыг, один раз получите и снова на хлебное место опрометью бежите.
От обиды у Зинаиды на глазах выступили слезы, она хотела было с гневом воскликнуть: «Что вы себе позволяете! Я не нищая!»
Но тут Костя одним прыжком одолел расстояние от пожилой дамы до джипа, и лаково сверкающая машина ракетой стартовала с места.
– Представляю, как вам было неприятно!
– Целую ночь я проплакала, все думала, ну почему меня за бродяжку приняли? Одета я прилично, сумка красивая, сама только из парикмахерской! Разве бывают такие бомжи?
– Нет, конечно, – фыркнула Эва.
– То-то и оно! – кивнула Зинаида. – Я лишь к утру дотумкала: Тинка меня просто боится! Небось решила, умерло прошлое, похоронено давно, не один десяток лет прошел, сгинула Зинаида Самуиловна на кладбище. А я вот она! Живехонька, здоровехонька и между прочим не такая уж и древняя. Когда беременность у нее случилась, я совсем молодая была, хоть и имела уже большой стаж работы!
– Какая беременность? – вытаращила глаза Эва.
Акушерка аккуратно расправила туго накрахмаленную скатерть.
– Помнишь, Тина заболела? Летом гепатит у бабки в деревне подхватила?
– Конечно, – кивнула Эва, – самое замечательное время для меня было.