Погладив его щеки, девочка удивилась, какое холодное у него лицо.
— Думаю, тебе стоит немного согреться, прежде чем ты пойдешь кормить животных. — И Марти налила ему чашку горячего кофе.
— Неплохая мысль, — ответил он, снимая тяжелую куртку и вешая ее поближе к огню, чтобы та прогрелась. С минуту он постоял у печи, грея руки, а потом сел за стол. Марти добавила в кофе сливки и поставила чашку перед Кларком.
— Этот увесистый сверток — тебе, — сказал Кларк. — Миссис Макдональд была страшно рада, собирая его. Похоже, она оказалась немного озадачена. Подумала, наверное, что это мой малыш. Я решил, что ее это не касается, и не стал ее разубеждать. Он сделал несколько глотков. В голове у Марти пронеслось: «Его малыш? Как он может быть его малышом, ведь на самом деле мы даже не муж и жена! Разумеется, миссис Макдональд об этом не знает». Она почувствовала, как краска бросилась ей в лицо. Кларк поставил чашку и спокойно продолжил:
— Потом я подумал, что, наверное, должен объяснить ей, и вернулся. Я сказал так: «Миссис Макдональд, моя жена действительно ждет ребенка, и я действительно собираюсь растить его как своего, но правда и то, что отец ребенка — ее первый муж, и это очень важно для Марти, поэтому я не хочу, чтобы возникла путаница». Кларк допил кофе.
— Пожалуй, я пойду. Он надел куртку и вышел, прежде чем Марти успела собраться с мыслями. Он все понял. Он вернулся в магазин, чтобы не вводить миссис Макдональд в заблуждение, поскольку отлично знал (и об этом уже говорила матушка Грэхэм), какой длинный у нее язык. Дай этой женщине пару дней хорошей погоды, и о будущем ребенке будет знать вся округа. «Кларк понимает, как важно для меня, чтобы все знали, что это ребенок Клема». Разбирая покупки, Марти размышляла о человеке, с которым жила под одной крышей. Она посмотрела на предназначенный ей сверток в сладком предвкушении и решила, что отнесет его к себе в комнату, чтобы внимательно исследовать содержимое. В спальне было холодно, и она дрожала, впрочем, отчасти от возбуждения, снимая коричневую оберточную бумагу. Ничего не скажешь, миссис Макдональд постаралась на славу. Марти прижала ладони к щекам, увидев восхитительные ткани. Этого хватило бы не на одного малыша. При мысли о том, как она будет шить крохотные чепчики и распашонки, у нее запылали щеки. Ей ужасно захотелось поделиться с кем-то своей радостью. Она чувствовала искушение излить ее на Мисси. — Нет, пожалуй, с этим нужно немного повременить.
