Если Савицкий привык к дорогим девушкам из своего круга, то что он хочет от меня? Неужели я ему и правда нравлюсь? Я, обычная, по сути, девушка, не из высшего круга? Хотелось верить в это.
Влад галантно помог мне выйти из-за стола, как будто я сама не могла бы сделать это. Не отпуская мою руку, он повел меня через зал к выходу мимо этих трех куриц. Да-да, девочки, на мне дизайнерские шмотки! Не сломайте глазки.
– Я хотел, чтобы этот день надолго остался в твоей памяти, – сказал Влад, обнимая меня уже в лифте.
Его прикосновения были аккуратны и ненастойчивы, но в них чувствовалось какая-то властность. А может быть, мне только казалось это.
– Ты добился своего, – рассмеялась я. – Я действительно не забуду этот день.
– Тогда я рад, Дарья.
На улице было свежо и пахло цветочным медом – не вечер, а загляденье! Такими вечерами положено гулять, держась за руку, и наслаждаться погодой и друг другом. Так что еще час мы с Владом гуляли по набережной, болтали, смеялись, и я то и дело прислушивалась к себе – не зарождается ли новая Вселенная в моем сердце? Но пока ничего не чувствовала. Однако я решила не расстраиваться и наслаждаться прогулкой и интересным человеком рядом.
Влад накинул на меня свой кардиган, чтобы я не мерзла, и этот жест показался мне очень милым. В какой-то момент мы остановились, глядя на темную воду, в которой плавали разноцветные искры вечернего города. Из кафе неподалеку доносилась приятная живая музыка и смех, речная прохлада струилась по обнаженным рукам, пахло дымом: где-то жарили шашлык. Влад шагнул ко мне – так близко, словно собирался поцеловать, и я невольно отшатнулась от него.
– Что такое? – спросил Влад, хмурясь.
– Знаешь, – радостно сказала я, глядя на его белую футболку, – на тебе паук.
Этого паучка я увидела очень даже вовремя. А Савицкий, кажется, слегка побледнел.
– Где? – пробормотал он и дернулся. – Я их боюсь.
– На груди. Не бойся, я уберу, – заявила я и бесстрашно сбросила паучка на землю. – Вот и все. Хочешь, я тебя пожалею?
– Не надо. Боже, я кажусь идиотом, да? Боюсь этих тварей. Ничего не могу с собой поделать…
– Все нормально. Я до ужаса боюсь мышей. Вот уж кто противные твари, так это они. – Тут меня передернуло. – Поэтому если ты вдруг захочешь сводить меня в какой-нибудь мышинариум, то лучше не надо.
– Моя девушка… бывшая девушка, – поправился он в порыве искренности, – терпеть во мне этого не могла – того, что я ненавижу и, как следствие, боюсь насекомых.
