Автор
Детская неразлучность превратилась во вражду между Дашей и Даней. Их отношения искажаются ненавистью, но судьба постоянно сталкивает их вновь, заставляя искать способ изменить всё. Любовь и ненависть борются за право на примирение.
Раздел Chitat.online для книги «#ЛюбовьНенависть» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Детская неразлучность превратилась во вражду между Дашей и Даней. Их отношения искажаются ненавистью, но судьба постоянно сталкивает их вновь, заставляя искать способ изменить всё. Любовь и ненависть борются за право на примирение.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Детская неразлучность превратилась во вражду между Дашей и Даней. Их отношения искажаются ненавистью, но судьба постоянно сталкивает их вновь, заставляя искать способ изменить всё. Любовь и ненависть борются за право на примирение.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Эй, каких таких девиц? Я общаюсь только с девушками, малая, – серьезно заметил он и добавил с долей сарказма: – Ну и с тобой. Но ты не девушка, а сплошное несчастье.
– Козел, – выругалась я и, как назло, упала в сугроб с изяществом пьяного верблюда.
Данька издевательски засмеялся и помог мне подняться.
– Ну, я же говорил, – укоризненно заметил он, отряхивая мое пальто. – А если я тебя пригласил, Пипетка, значит, я и плачу. Это не обсуждается.
– Я и сама за себя заплачу!
– Пипа, ты сплошное противоречие. Кстати, о козлах. Помнишь, как ты на физре руку растянула, когда через козла прыгала? Все дети как дети, одна Сергеева… – Тут Клоун выразительно развел руками в стороны.
– Ну ты и наглый! – возмутилась я. – Это ведь ты же тогда меня страховал!
– Да? – Он сделал вид, что озадачился. – Не помню.
– А ты вспомни, – фыркнула я и припомнила еще один случай: – А еще ты в садике меня толкнул на площадке, и я ударилась головой о камень.
– Я говорю, обидно, – вывернулся этот уж. – Обидно, что ты все время падаешь и травмируешься.
– И из-за тебя у меня было сотрясение мозга.
– В смысле? – с неподдельным изумлением спросил он.
– Помнишь, я на лыжне упала и головой ударилась? Так вот, это произошло не потому, что я растяпа…
– Да-да, – пробормотал он, а я, сделав вид, что не слышала, продолжила:
– А потому что кое-кто наступил мне на лыжу сзади. И я даже догадываюсь, кто это!
– Ты! – торжествующе объявила я. – Только прямых доказательств у меня нет.
– Не я, Даш, – почему-то стал отнекиваться он. – Серьезно.
– Так я тебе и пове…
Не договорив, я вновь свалилась. Чертовы новые сапоги! Данька снова помог мне подняться, заметив, что высокие каблуки не надевают в такой гололед, на что я мрачно предложила ему замолчать. А потом он вежливо предложил мне свой локоть в качестве поддержки и опоры. Я лишь подозрительно на него посмотрела.
– Не брезгуйте, барыня, чистый я, мытый, – сказал покорным голосом Клоун.
– А от ветеринара справка есть? – поинтересовалась я елейным голосом, и он тяжело вздохнул.
– Кто?! – взорвалась я. – Хватит меня так называть!
– Пипа – Пипетка, но не суть. Так вот, – спокойно продолжал Даня, – в мире должно оставаться что-то непоколебимо постоянное – для равновесия. И я уверен, что отчасти это равновесие поддерживает твое неменяющееся детское сознание. Честно говоря, если бы я увидел столько кукол у какой-нибудь другой семнаддатилетней девушки, я бы решил, что это как минимум странно. Но когда я захожу в твою комнату и вижу их, смотрящих на меня отовсюду, то понимаю: все как всегда. Ты все еще играешь в игрушки. И мне становится спокойно.
