Она тотчас почувствовала, как напряжение предыдущих минут покинуло ее, оставив парить в облаках блаженства. Росс знал правду, и все-таки он ее не отверг. Это с трудом укладывалось у нее в голове. София зарылась лицом ему в сюртук, вдыхая легкий запах табака, который впитался в ткань в накуренной бильярдной.
Росс нежно обнял ее:
— Это ожесточение, которое вы носили в своем сердце долгие годы… от него будет нелегко избавиться…
— Уже избавилась, — ответила София и со вздохом опустила голову ему на плечо. — Все это время я мечтала отомстить несуществующему человеку. Вы ведь совсем не тот, кого я ожидала увидеть.
— Старого напыщенного индюка, в парике и с трубкой во рту, — завершил он ее мысль, вспомнив слова, произнесен ные ею в самый первый день.
София ответила ему грустной улыбкой:
— Вы разрушили все мои планы. Я просто не могла не влюбиться в вас.
Казалось, ее слова отнюдь не обрадовали Росса.
— Но что, если я действительно и есть тот самый черствый и бездушный судья, который обрек вашего брата на верную гибель? — спросил он, и в глазах его читалась тревога. — Когда я десять лет назад только пришел работать на Боу-стрит, у меня как у судьи не было никакого опыта. И первое время я основывал свои суждения на опыте тех судей, которые работа ли там до меня. Мне казалось, что правильнее всего будет четко следовать выработанным ими процедурам. Лишь позднее я стал прислушиваться к голосу собственного сердца и вести дела так, как мне казалось единственно правильным и целесообразным. Признаюсь, поначалу я бывал чересчур суров при вынесении приговоров, подчас не видя в преступниках, которые представали передо мной, людей с их нелегкими судьбами. — Он тяжело вздохнул. — И все равно никак не могу себе представить, чтобы я отправил обыкновенного карманника на каторжное судно.
София молчала, не зная, что ему ответить.
Его пальцы нежно следовали линии ее четко очерченных бровей.
— Раньше я никогда не позволял себе сожалеть о прошлом. Подобные вещи тщетны, а от тяжких раздумий можно сойти с ума. Но сегодня я впервые за много лет пожалел о том, что мое будущее зависит от ошибки, некогда допущенной мной в прошлом. Имею ли я право просить вас о том, чтобы вы простили мне смерть вашего брата? Да и как можно искупить подобную вину? И вместе с тем мне страшно подумать о том, что я могу вас потерять.
— Но я уже простила вас, — прошептала София. — Кому, как не мне, знать, как вы добры. Ведь вы строги к себе так, как ни к кому другому. Да и вообще, как я могу отказать вам в прощении после того, как вы сами
даровали свое прощение мне?
В ответ на ее слова Росс печально покачал головой:
— Каковы бы ни были ваши первоначальные намерения, вы не сделали ничего дурного. Наоборот, вы всячески заботились обо мне.