Припарковавшись на автобусной остановке, набираю Костю. Поздно соображаю, что для начала нужно было позвонить маме, отключиться не успеваю, потому что муж отвечает.
- Я?.. Домой еду, а что случилось?
- Мне позвонила твоя мама и сказала, что не может до тебя дозвонится.
- Ты ведь у нее должна была быть?
Черт. Чччерт!!! Вот это засада!
- Я у Риты была, Кость. Она приболела и попросила привезти лекарства.
- Понятно, - проговаривает после непродолжительной паузы, - а с телефоном что?
- В сумке на беззвучном был.
Вру, а сама болезненно морщусь. Тошно-то как! Завралась совсем.
- Я уже подъезжаю, - добавляю, прежде чем отключиться.
И тут же звоню подруге. На всякий случай, потому что у мужа ее номера нет.
- Ты охренела, Воробьева? На часы смотришь? – ворчит сонно в трубку.
- Рит, прости. Если что, я сегодня весь вечер у тебя была.
- Хм, охренеть… Ты там осторожнее будь и заранее меня о таком предупреждай.
Отбиваюсь и перезваниваю маме.
- Мамуль, привет! Не разбудила?
- Уснешь тут, когда родную дочь неизвестно, где черти носят! Ты зачем мужа обманываешь?!
Я мысленно вся скукоживаюсь, потому что с детства боюсь этого маминого командного тона. Она им меня за плохие оценки отчитывала и за порванные новые колготки.
- Я не обманываю, мама. Я просто забыла предупредить, что поменялись планы. Зачем ты мне звонила? – пытаюсь перескочить на другую тему, - случилось что-то?
- Ничего не случилось, - отвечает уже спокойнее, - у твоего мужа не за горами юбилей. Хотела спросить, что ему лучше подарить.
На мгновение теряюсь. Я забыла! Впервые за три года брака я забыла о знаменательной дате. Мать твою, юбилей! Как я могла?
- Еще целых три недели до него.
- Всего три недели, - поправляет мама, - так, что мне подарить зятю?
- Я не знаю, мам, давай я подумаю, и завтра мы с тобой созвонимся. Я просто за рулем сейчас.
Отключившись, прячу телефон в карман и, опустив стекло, дышу сырым после дождя, прохладным воздухом. Наполняю легкие, глупо надеясь, что это поможет мне очиститься.
Не помогает. Я увязаю во лжи все глубже. Во рту горечь, а на коже мерзкое ощущение как от липкой паутины.
Понимаю, что с этим нужно что-то решать. Прекратить встречаться с Егором, что для меня сейчас смерти подобно, или признаться мужу и попросить развод, что тоже звучит пока апокалиптично.
Долго играть за два лагеря у меня не получится.
Когда я возвращаюсь домой, Костя, к счастью, уже спит. Приняв душ, выпиваю чашку чая с мелиссой и тихо укладываюсь рядом.
