Ее уютный коттедж стал для Джоанны вторым домом, а сама бабушка – кем-то вроде второй матери.
– Что ж, юная леди, рассказывай, как ты оказалась в больнице, – с улыбкой проговорила Дора, наливая чай в две изящные фарфоровые чашки. – Я очень сочувствую, что так вышло с твоим молодым человеком. – В ее теплых карих глазах светилось беспокойство. – Ты ведь знаешь, что твой дедушка в тридцать два года погиб на войне. Его смерть разбила мне сердце.
Джоанна вкратце изложила версию, придуманную Саймоном.
– Да, твой отец сказал, что ты чуть не утонула. – Дора окинула ее проницательным взглядом. – Но меня тебе не одурачить. В отличие от твоих родителей, я-то помню, сколько призов по плаванию ты выиграла в школе. И когда я услышала эту историю, то сразу подумала, что здесь скрыто нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Итак, прелесть моя. – Она сделала глоток чая и посмотрела на внучку. – Кто же пытался тебя утопить?
Джоанна не смогла сдержать слабую улыбку. Да, бабушка – стреляный воробей, ее просто так не проведешь.
– Это очень долгая история, бабуль, – пробормотала она, принимаясь за вторую булочку.
– Люблю хорошие истории. И чем длиннее, тем лучше, – подбодрила Дора. – Да и времени у меня теперь в избытке.
Джоанна мысленно взвесила ситуацию. Бабушке она доверяла, как никому другому. К тому же ей хотелось облечь свои путаные мысли в слова. И она начала рассказывать. Дора отлично умела слушать и редко прерывала Джоанну, лишь порой переспрашивала кое-что по ходу дела, так как стала плоховато слышать левым ухом.
– Ну вот и все, – закончила Джоанна. – Мама с папой, конечно, ничего не знают. Я не хочу их волновать.
Об этом Джоанна слышала уже много раз. Если верить Доре, именно ее шифровальные навыки помогли выиграть Вторую мировую войну.
– Наверное, то было потрясающее время.
– Я бы с радостью поведала тебе, что происходило за закрытыми дверями, детка, но я подписала акт о неразглашении государственной тайны и обязана хранить секреты до самой смерти. Как бы то ни было, сомневаюсь, что хоть когда-нибудь общественность узнает даже половину из них. Еще чаю?
Они вместе прошли на безукоризненно чистую кухню. Джоанна поставила чайник, Дора тем временем ополоснула заварник под краном.
– Ну, что будешь делать? – поинтересовалась бабушка.
– Со своей историей. Ты ведь не подписывала никаких бумаг о неразглашении. Если пролить свет на это дело, можно неплохо заработать.
– Бабуль, у меня не хватит доказательств. Тем более я на собственной шкуре выяснила, что ради сохранения этой тайны высокопоставленные люди готовы даже убивать. Слишком многие уже погибли.