Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Раздел Chitat.online для книги «Люди крепче стен» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Два санитара, явно не строевики, припадая один на правую ногу, другой на левую, заспешили в здание и скоро вынесли кровати, которые поставили здесь же, во дворе, под расправленный тент. Третий санитар, в посеревшем халате, не обращая внимания на подошедшую машину, из большого, крепко сколоченного деревянного ящика совковой лопатой накладывал в цинковое помятое ведро отсыревший уголек.
— Товарищ подполковник, я у вас хотел спросить по поводу военврача Веры Колесниковой. Надежда есть?
Подполковник медицинской службы повернулся к Бурмистрову, мазнул взглядом по его бушлату, пристально глянул в усталые глаза и, избавляя Прохора от возможного лукавства, не стал задавать ему лишние вопросы (все было понятно и так), ответил:
— У старшего лейтенанта Веры Колесниковой проникающее ранение в брюшную полость. Состояние стабильно-тяжелое. Мы сделали все, что могли. Осколок извлекли. Когда мы ее эвакуировали, она находилась в сознании, а как будет дальше… — Подполковник развел руками. — Зависит не только от нас. Но организм у нее крепкий, будем надеяться на улучшение состояния.
— Она же работала в сортировочном эвакуационном госпитале? Как же так получилось, что Вера оказалась в полевом?
— Все верно, — с некоторой грустью согласился подполковник. — Ее никто туда не отправлял. Это ее личная инициатива. Просто она такой человек… В полевом госпитале не хватало врачей, вот она и попросилась. Разубеждать ее не стали. Она носит погоны, а значит, должна спасать раненых. Это был единственный снаряд за целый день, который разорвался рядом с госпиталем… И вот оно как получилось… Возможно, все обойдется. Ее сразу переправили в эвакогоспиталь, а оттуда уже отправили в тыл.
— Вы не в курсе, в какую именно больницу ее должны направить? — стараясь справиться с тугим горьким комом, подступившим к горлу, спросил Бурмистров.
— Знаю… Начальник поезда пообещал, что доставит Веру в Московский госпиталь имени Боткина. Там работает мой хороший знакомый, профессор Лурия. Уверен, что он не откажет мне в моей просьбе и сделает все возможное для спасения Веры. Вы, я понимаю, майор Бурмистров.
— Да, — глухо проговорил Прохор.
— Она сказала, что вы обязательно подойдете. Я вас ждал. — Сунув руку в карман, военврач вытащил из него тоненькое колечко, сделанное из алюминиевой проволоки, и протянул его Прохору. — Вот возьмите, это вам.
— Что она сказала? — Бурмистров не смел забрать колечко.
— Что вы все понимаете.
Все же Прохор забрал кольцо и сунул его в карман бушлата. Пожав плечами, подполковник ответил:
— Больше ничего… Мне нужно идти, раненые…
— Не отчаивайтесь… А вообще, я вам завидую, ведь вас любит женщина, каковые в нашей жизни встречаются лишь однажды… И то если повезет.
