Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Раздел Chitat.online для книги «Люди крепче стен» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— А потом, танкам сейчас особенно и некуда разъезжать.
Еще через двадцать минут пехотинцы подкатили бочки на маковку горки и по сигналу красной ракеты подожгли, после чего столкнули их разом вниз. Бочки, полыхая черным едким смрадом и тяжело постукивая на неровностях, устремились в атаку на гранитные стены. За ними узкой змейкой тянулись огненные полосы, также испускавшие черную удушливую вонь. Все более набирая разбег, бочки подпрыгивали, стучали, выбивали какую-то замысловатую дробь. Ударившись в стену, расшиблись, и через пробоины, заливая стены и землю, брызнули раскаленные горящие струи мазута. Еще через минуту равелин полыхал. Узкие языки пламени расползались по стенам, проникали вовнутрь. Тяжелый черный дым не давал продохнуть, казалось, сжигал легкие. Внутри равелина полыхнул пожар, быстро распространявшийся по многим помещениям. Горели перекрытия, слышался треск крошившегося камня. Пройдет несколько минут — и на месте равелина останется лишь пепелище.
Приникнув к стереотрубе, капитан Ландман внимательно наблюдал за приготовлениями русских (они всегда были хитры на выдумки, что же придумают в этот раз?). Под защитой танков и бронетранспортеров штурмовики подкатили на вершину горы двухсотлитровые бочки и установили их в ряд. Подожгли бочки и столкнули их вниз, прямо на ворота равелина. Они полыхающим тараном устремились на крепость, сокрушая те немногие преграды, что встречались на их пути: ломали кусты, перепрыгивали через тела убитых, подминали под себя металлический хлам и, оставляя за собой длинный шлейф огня и дыма, стремительно приближались к крепости.
Капитан Ландман с ужасом осознавал, что у его гарнизона нет возможности воспрепятствовать их продвижению. Как только бочки с мазутом достигнут равелина, все будет кончено. Разбившись о булыжную кладку, они расплещут горящий мазут на стены крепости, пламя тут же поднимется вверх. По перекрытиям огонь распространится по всему зданию, перекинется на внутренние постройки. И тогда защитники крепости сгорят заживо.
— Минометчики, огонь! — крикнул Ландман в порыве отчаяния.
Захлопали мины, начиняя осколками скатывающиеся бочки. Несколько емкостей разорвало снарядами, другие взрывной волной откинуло в сторону. На спуске заполыхали костры, а сверху прямо по многим кострам продолжали катиться новые горящие цилиндры. Ударившись в ворота, тяжелые бочки разбились, плеснув вверх огромное пламя, которое тотчас перекинулось на крышу, воспламенив ее.
Подошел начальник штаба гарнизона и взволнованно заговорил:
— Господин капитан, огонь охватил всю крепость и подбирается к складам со снарядами. Мы взорвемся раньше, чем успеем сгореть. У нас от силы пятнадцать минут.
