Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Раздел Chitat.online для книги «Люди крепче стен» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Пилотка натянута на самые уши, горло повязано широким шарфом.
Трое бойцов штурмового отряда заползли с боковой стороны дота и, затаившись, стали выжидать подходящий момент. Со стороны крепости послышался металлический стук, на мгновение отвлекший караульного. И в этот же момент из-за валуна, рассекая кинжалом воздух, на часового прыгнул Степаненко. Часовой умер еще до того, как упал на землю. На вдохе он почувствовал, как холодная сталь, разодрав шинель и раздвинув ребра, глубоко вошла в левую сторону грудной клетки. Сил для выдоха у него не оставалось, как не было возможности смежить глаза. Часовой повалился на бок, его глаза безучастно смотрели на то, как из неглубокого рва выползли четверо советских бойцов и по-деловому стали прикладывать длинную гибкую трубку в основании дота.
Быстро и без суеты саперы присоединили капсюль к трубке, заполненной взрывчатым веществом, металлические обоймы, электродетонатор, закрепили провода и тотчас попрятались за гранитные валуны.
Ожидание тянулось медленно. Положив ладонь на конденсаторную подрывную машинку, капитан Мулындин ждал сигнала на подрыв.
Майор Бурмистров поглядывал по сторонам. Угроза отсутствовала. Все было тихо. Но могли хватиться часового, лежавшего бездыханным под гранитным камнем. Прохор посветил фонариком на позиции, подавая сигнал: «К подрыву готовы». Однако начальство не торопилось давать команду взрывать. Но его тоже можно понять — подтягивает пехоту поближе к форту, чтобы взять его одним махом. При повторном штурме потери будут намного больше, а потому форт следует взять сразу. Своим острым зрением Прохор увидел, как артиллеристы подкатывают к первой линии обороны противника орудия. Значит, будут бить прямой наводкой по стенам форта, чтобы наверняка произвести как можно больше разрушений.
Сигнал к взрыву должен прозвучать с минуты на минуту, и Бурмистров невольно принялся отсчитывать долгие секунды: «Один, два…» На семнадцатой секунде три красные ракеты почти одновременно взлетели над позициями, окрасив в багровый цвет стволы гаубиц.
— Не подведи, моя хорошая, — проговорил Мулындин и повернул приводную ручку, осуществляя заряд конденсатора. На приборе мгновенно вспыхнула сигнальная лампа, свидетельствующая о готовности к взрыву.
Прогоревшие ракеты не успели коснуться земли, как капитан Мулындин нажал на кнопку взрывателя. По электрической цепи мгновенно пробежал разряд и взорвал электродетонаторы взрывчатого вещества. Прогремел сильнейший взрыв, расколотивший монолитную конструкцию дота на многие фрагменты. По сторонам разлетелись куски бетона, деревянные балки, обломки железа, многочисленное тряпье и куски окровавленной плоти, которые еще мгновение назад назывались пулеметным расчетом.
