Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Раздел Chitat.online для книги «Люди крепче стен» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Не зная, что это форт, его можно было бы принять за обычное возвышение местности, даже находясь от него на расстоянии нескольких шагов.
По части маскировки немцы всегда были отменные мастера.
Темень непроглядная, каковая случается лишь зимой. Бурмистров посмотрел на позиции штурмовых групп, изготовившихся к атаке, и убедился, что панцирная пехота спряталась отлично. За разбитым танком, едва различимым с крыши форта, размещался пулеметный расчет, который не рассмотреть ни в один бинокль; несколько окопчиков, занимаемых автоматчиками, сливались с местностью, а за противоположным домом, точнее за тем, что от него осталось — остов да столбы, — умудрилась разместиться целая рота, так же невидимая для противника.
Штурмовые группы должны приблизиться на предельное расстояние, но, как ни всматривался Бурмистров, рассмотреть движение на потемневшем снегу не сумел. Глянул на часы — почти двенадцать, через несколько минут должны были распахнуться люки и появиться охранение.
Укрылись в кустах, разросшихся всего в нескольких метрах от люков. На соседнем бронеколпаке разместился немецкий пулеметный расчет, выглядевший в ночи темным пятном. Он контролировал восточный подход к крепости. Уничтожить следовало всех одновременно и дать возможность штурмовому батальону подойти вплотную к форту.
Ровно в двенадцать прозвучал металлический скрежет. Почти одновременно распахнулись два вентиляционных люка, из которых вышли четыре человека охранения с автоматами, чьи силуэты были едва различимы на фоне темно-серого неба. Из открытого люка потянуло тяжелым, с неприятными запахами теплом.
Немцы осмотрелись, выискивая возможную опасность, и, не отыскав таковой, сошлись, словно хотели о чем-то переговорить. Более удачного момента для ликвидации охранения дождаться будет трудно. Бурмистров вскинул автомат и отправил длинную очередь в стоявшие темные вражьи фигуры. Пули безжалостно порвали ненавистные шинели, раздробили кости, прострелили черепа, и все четверо, не успев поднять автоматы, попадали на землю.
Почти одновременно по пулеметному расчету ударили три автомата. Полетели гранаты — одна, вторая, раскидав взрывами изрешеченные пулями тела и опрокинув невысокую стену из мешков с песком.
— Все в порядке, командир, — откликнулся сержант Васильев.
Дорога к глубинам форта была открыта. Штурмующая группа, перекинув через рвы аппарели, устремилась к твердыне. Окружающее пространство мгновенно заполнили звуки стрельбы. Темноту разрезали трассирующие пули.
