Александра, некогда девушка, оказывается в совершенно новой реальности, где её прошлое меняется. Она сталкивается с дикими реалиями и необходимостью принимать судьбоносные решения среди местных женщин. Начинается напряженная игра за выживание и принятие новых правил мира.
Не случится ли так, что Хатия теперь будет бояться ее? Войдя следом, она села возле костра, внимательно наблюдая за матерью.
– Ты теперь боишься меня? – все-таки спросила, не выдержав гнетущего молчания.
Хатия вскинула на нее изумленный взгляд.
– Нет, нет, что ты, – торопливо заверила она. – Просто, – женщина задумалась, подбирая слова. – Я знаю, ты особенная, – произнесла она спустя несколько секунд. Ее будто покинуло напряжение. На губах появилась легкая улыбка. – Знала всегда. Еще когда ты родилась. Ты всегда была умной и сильной. Не такой, как сейчас, но...
Не договорив, Хатия замолчала надолго. Ей словно не хватало слов, чтобы выразить все, что у нее на душе.
– Что значит «Клеопатра»? – спросила она после продолжительного молчания. При этом взгляд ее буквально застыл на Сашином лице.
Александра прикусила щеку изнутри, пытаясь придумать, что говорить женщине. Солгать? Не хотелось? Сказать правду? Саша не желала сообщать матери, что ее ребенок на самом деле погиб той ночью. Она не могла нанести этой доброй женщине такой удар.
– Клеопатра – женщина-вождь, – осторожно произнесла она, применив самое близкое по смыслу определение, которое могла придумать. Слова «царица» здесь еще не существовало.
Александра ждала нового вопроса, но, к ее удивлению, Хатия покачала головой, словно все понимала.
– Предки были мудрыми. – Слова Хатии сбили Сашу с толку. Причем здесь предки? – Они даже женщин делали вождями. Наверное, она была похожа на тебя, – предположила женщина и с гордостью глянула на дочь. – Ты тоже будешь вождем.
Постойте-ка, о чем она говорит?
– Вряд ли, – Александра качнула головой. – Мой отец желает мне смерти.
Хатия вздрогнула, а потом зло поджала губы.
– Да, это так. Мого утратил разум. Готов убить своего ребенка, – ее слова были наполнены ощутимым ядом. – Пока ты была с предками, он не смотрел в нашу сторону. А теперь много шума.
Пока она была с предками? Выходит, Хатия думает, что Амия не просто болела, а путешествовала духовно в прошлое? Если так, то Саша не станет ее переубеждать. В конце концов, на это можно списать любую ее странность или знания.
– И что нам делать? – поинтересовалась Александра, возвращаясь мыслями к проблеме с вождем.
Она отлично осознавала, что такого человека, как Мого, не остановит ее тотем. Она мешает ему, отбирает часть людского уважения. Пока неизвестно, как племя воспримет ее новую подругу. Возможно, люди отдалятся, будут бояться.
