Солнечные дни часто кажутся мрачнее, когда они заканчиваются и начинается настоящий ливень судьбы. Вода падает с неба как новый шанс на изменение, смывая всё старое и унося грязь с городских улиц. Каждый раз, когда она мчится по крышам домов или катится по земле, вдохновляя жить новой жизнью, жизнь героев тоже течёт по своим волнующими потокам перемен....
Женька, правда, приняла в штыки то, что мы с дочерью опять едим не только траву, но теперь я уже не слышал никаких аргументов жены. Терять дочь, в прямом и переносном смысле, я не собирался!
Мы приходили к тому доктору с Анютой раз в месяц целый год. Она, видя анализы дочери на протяжении года, успокоилась. Женька, правда, на тех визитах всегда сидела, поджав губы, демонстрируя всем своим видом острое неприятие того, что говорит врач о правильности питания для дочери. Но это уже мелочи. Главное, что Анюта шла на поправку!"
"– Доктор, я обещаю Вам, что больше я не допущу того, чтобы моя дочь питалась одной травой.
Женька, конечно, так и продолжала питаться одной травой и орехами с семечками и ещё какими-то там семенами. Я выбросил эту информацию из головы. В конце концов, она взрослый человек, может и сама решать, что ей есть, а от чего отказываться! Но вот Анюта у меня ела и морепродукты, и мясо.
От сладкого, правда, Женька заставила нас отказаться, и молоко заставляла нас пить обезжиренное. Но тут уже я не стал упираться и спорить, необходимый кальций дочка получала в твороге и в сыре. А сладкое? Ну, что сладкое? Жили же как-то раньше люди без сахара и булочек? Жили! А вот без мяса и рыбы – нет!
Этот дом я увидел, когда искал для аренды дачу на лето.
Хозяевами оказалась пара престарелых евреев. Дети их давно уже живут на своей исторической родине и сюда возвращаться не собираются. А родители вот всё никак не могут решиться. Дом пустовал несколько лет, хотя кто-то всё-таки следил за территорией, да включал на зиму отопление. Вот так: мы с семьей в деревню, в арендованный, пока ещё, дом, а хозяева со спокойной душой к своим детям на свою историческую родину.
