Солнечные дни часто кажутся мрачнее, когда они заканчиваются и начинается настоящий ливень судьбы. Вода падает с неба как новый шанс на изменение, смывая всё старое и унося грязь с городских улиц. Каждый раз, когда она мчится по крышам домов или катится по земле, вдохновляя жить новой жизнью, жизнь героев тоже течёт по своим волнующими потокам перемен....
– Что, прости?
– Пойдем спать, я постелила вам с Анютой на диване, в гостиной.
– Что? Зачем? Мы домой! – попытался он возразить.
– Всё. Поздно. Я уже постелила, пойдем. Завтра у всех будет длинный день. Нам всем надо выспаться.
– Хорошо, – вдруг, согласился легко Игорь.
Анюта прошмыгнула мимо в своей смешной пижаме с черепашками и юркнула под одеяло.
– Игорь, если хочешь, можешь принять душ. Лучше будешь спать. Проблемы дня лучше перед сном смыть, как говорят.
Он согласно кивнул и направился в ванную, а Мария в спальню за чистым полотенцем.
Смешно! В конце концов, они с Игорем люди взрослые. Что она голых мужиков, что ли, не видела? Ну да, целых три года не видела, но это сути не меняет. Поэтому Мария постучала в дверь, но шум воды не стих. Игорь элементарно её не слышал, но Мария всё-таки произнесла:
– Игорь, я полотенце принесла! Я положу его на стиральную машинку.
Мария открыла дверь и шагнула внутрь. Она честно, как обещала, собиралась положить полотенце на стиральную машинку и выйти. Но сквозь стекло в душевой кабине увидела Игоря. Он стоял к ней спиной, уперев обе руки в стену. Просто стоял, а на голову ему лилась вода. Видимо глаза его были закрыты, вода шумела, Марии он не видел, а она к своему стыду, стояла и смотрела на его сильные руки, на широкие плечи, на ямочки на пояснице, на крепкие ноги.
То, что произошло потом, заставляло краснеть Марию ещё не один раз в последующие несколько дней. Игорь одним движением и совершенно для неё неожиданно, закрыл воду и развернулся к ней лицом, Мария застыла, застигнутая врасплох.
– Извини, я стучала, но ты не слышал. Я принесла чистое полотенце! – она всё-таки положила это злосчастное полотенце на стиральную машинку и вышла. Прошла на кухню, налила воды и выпила одним глотком.
– Ведешь себя, как сексуально озабоченная престарелая монашка! – обругала она сама себя и замерла на кухне, глядя в окно.
За окном Медведь, позвякивая цепью, укладывался спать у будки.
