Автор
История о моральном падении и безответственности молодого человека, который рушит жизнь девушки, оправдывая свои поступки духом времени. Произведение исследует темы вины, раскаяния и последствий собственных действий в современном обществе.
Орет так, что до меня долетают его слюни:
– Твой трах стоил мне миллионы! И ты мне всё расскажешь! Каждую мелкую деталь вспомнишь! Так или иначе…
– Какие миллионы?! Ты вроде честь племянницы защищаешь, нет?!
– Теперь тебя заботит ее честь?! За девушку уже был заплачен калым! За девственную девушку, а ты, падла, ее испортил! И за это…
Крепко хватаюсь за спасительную идею:
– Так дело лишь в деньгах? Если так, мы можем всё уладить!
Мои слова немного приводят жиртреста в чувства, но он всё еще продолжает бесноваться:
– Каким образом? У тебя такого бабла не было, нет и не будет!
Однако мои слова заставляют его внимательнее ко мне присмотреться. Он сканирует взглядом мой внешний вид, в частности одежду, обувь. Видимо, решает, сколько стою.
– Вообще-то у меня батя не последний человек на этой планете! – тут же выдаю главный козырь. – Мы, Чаадаевы, между прочим, потомки старинного дворянского рода, деньги имеются…
– Да что ты мне лечишь… Тебе ни за что не собрать такую сумму…
На секунду притормаживаю.
– О какой сумме идет речь?
Мент прищуривается, смотрит на меня исподлобья и, сделав эффектную паузу, выдает:
– Двенадцать миллионов рублей!
– Ско-о-олько вы за девку хотите?!
От названной цифры мне резко плохеет. Даже вариант с битой уже не кажется таким ужасным по сравнению с тем, что мне сделает отец за потерю такой суммы. Ну, пол-лимона, лимон, ладно, два – это он через какое-то время забыл бы, но двенадцать лямов?! Я и без того у него вечный транжира и неудачник. Он мне всю жизнь будет их припоминать! Однако стоит мне отсюда выйти и рассказать бате о похищении, жиртресту конец. Капитальный и совершенно буквальный. Батя у меня мужик серьезный, шуток не шутит, нужных знакомых валом.
«Стоп, дурень! Рассказывать он собрался… А если отец узнает про наркоту?»
Что ж, в таком случае друзья смогут вволю наесться пирожков на моих похоронах. Эта тема для отца личная, навсегда закрытая, прощения за таблетки мне не будет. Лишит наследства! И к гадалке не ходи… Учитывая это, намного безопаснее будет промолчать про похищение, иначе он легко докопается до первопричины. Тогда как я аргументирую надобность в подобной сумме?
«Твою ж мать, Лиза на мою голову…»
– Что? Впечатлился? Впредь будешь думать, в кого хер совать! Или все-таки хочешь в цемент?
– Не надо меня в цемент… – качаю головой.
Глава 32.
