А вот воспитывать их хамоватых родителей мне вполне позволит полученное ранее образование зоотехника!
И, пока стервозная дама с открытым ртом переваривала заявление, произнесенное насмешливым, уверенным и чуть издевательским тоном, я спокойно спустилась на площадку, где Стас уже проворно влез в сандалии. Проходя мимо сетки заграждения бассейна, я была довольна собой, как никогда. Смешки других родителей лились пряным бальзамом на душу, даря небывалое чувство уверенности в себе, а громкий вопль «что-о-о!?!», раздавшийся где-то позади, заставил только улыбнуться.
Нескоро же до нее дошло, что профессия зоотехника подразумевает под собой разведение, выращивание и уход за животными! Преимущественно сельскохозяйственными…
Может, сравнивать истеричку с братьями нашими меньшими было и неправильно. Но она это заслужила!
Дальше я уже шла с высоко поднятой головой и уверенностью, что поступила абсолютно правильно. Стасик же, едва поняв, что опасность миновала, схватил меня за руку и поскакал вприпрыжку, сияя улыбкой от уха до уха. Правда, ушли мы недалеко, всего лишь до ближайшей горки-батута. Усевшись на гимнастический мат, быстро скинув сандалики, ребенок попросил его подсадить, и напоследок, вцепившись мне в шею, крепко обнял со словами:
— Ты самая крутая, Лизка!
И с радостным гиканьем ускакал развлекаться, оставив меня в недолгом ступоре.
Надо же… Почему по моим ощущениям, это самая странная и самая лучшая похвала в моей жизни?
Тихо посмеиваясь, я расположилась с другой стороны батута, почти у самого забора. Здесь деревья создавали какую-никакую, но тень, да и дети почти не забегали, а высота надувной горки вполне позволяла наблюдать за прыгающим мальчишкой, опираясь локтями на бортик.
Я искренне наслаждалась этим мгновением, чувствуя себя почти счастливой. Улыбалась, хихикала над гримасами Стасика, подавала ему руку, когда он лез вверх рядом со мной. Настроение снова поднялось до прежних высот. Но тут…
— Эй, курица, — меня резко дернули за руку, заставляя развернуться. — Ты моей жене нахамила?
— Что? — ошарашено промямлила я, глядя на стоящего передо мной мужчину довольно представительного вида, в дорогом классическом костюме, при галстуке, в начищенных до блеска туфлях. Высокий, крепкий, с небольшим пивным животиком, короткой стрижкой, цепким взглядом… и довольно поганой презрительной ухмылкой.
Глядя на такую, невольно начинаешь чувствовать себя облезлой бродячей кошкой перед породистым, ухоженным доберманом.